Раньше я заставляла её уходить. Я боялась, когда она тянула меня в зеркало. Но почему? Что плохого она сделала? Разве она когда-нибудь поступала неправильно? Красная Королева помогла мне найти друзей. Она привела меня к ним. Она всё время знала о том, с чем я сталкиваюсь только сейчас. В этом мире для меня есть нечто большее. Тут есть магия.
Я делаю несколько шагов вперёд и роняю телефон на пол.
«Я ещё вернусь», – думаю я.
Я протягиваю палец и прикасаюсь к стеклу. На этот раз оно поддаётся, и палец проходит насквозь. На этот раз я не теряю сознание. Я не падаю на пол, не кричу и не размахиваю ножом. Я чувствую себя отлично.
Девушка в зеркале протягивает руку. И на этот раз я хватаюсь за неё.
Глава девятнадцатая
Это не было больно. Я не раскололась на части. Я прохожу сквозь зеркало живой и невредимой. Так же, как в ночь битвы на Чудо-озере, я оказываюсь в совершенно другом месте: в комнате с плюшевым ковром, столом, на котором разложены карты, книжными полками, забитыми книгами с разноцветными кожаными корешками. На столе всё накрыто к чаю в стиле Шрама: серебряная и фарфоровая посуда, крошечные квадратики сахара, нежная выпечка.
За столом сидит Малли со своим вороном Гелионом на плече, одетая в чёрный корсет поверх чёрного кружевного топа и облегающие чёрные брюки в том же стиле. Она делает глоток из чашки.
– А ты не торопилась, – тянет Малли.
Пол кажется неустойчивым. Мне трудно держаться на ногах.
– Джеймс очень злился, пока ждал, когда ты всё поймёшь и примешь себя, но теперь команда снова в сборе, так что ура и всё такое.
– Время – это самое важное, – говорит Джеймс, входя в комнату. Мои колени подгибаются, словно я вижу его в первый раз. Не знаю, что бы я делала, если бы здесь не было Малли. Кричала и плакала? Бросилась к нему? Ударила по лицу? Но одно можно сказать наверняка: даже без руки, щеголяя блестящим новеньким крюком, Джеймс выглядит отлично. Он словно бы даже подрос, а ещё похудел, чёрные брюки и рубашка свободно болтаются на теле. Он выглядит более расслабленным, чем в Шраме, загорелым и уверенным в себе, но его глаза горят, как в ночь битвы. Джеймс подходит прямо ко мне и обнимает.
Полагаю, это значит, что нам не придётся вести неловкий разговор о том, как я отрубила ему руку?
Я хочу поругаться с Джеймсом, извиниться перед ним, поцеловать его, но вместо этого кладу голову ему на грудь возле сердца и несколько секунд слушаю, как оно бьётся.
– Я так рад, что ты здесь, – наклоняясь, шепчет Джеймс мне на ухо.
– Пирожки с младенцами! – Урсула вбегает в комнату и вырывает меня из объятий Джеймса. Я смеюсь, потому что ничего не могу с собой поделать, и крепко её обнимаю. Платье, которое кажется живым, обвивает меня как дополнительные руки, похожие на щупальца. – Мне нравится этот прикид!
– Да? – Когда я осматриваю себя, то обнаруживаю, что одета как Красная Королева: красная кожаная куртка с высоким широким воротником, который веером расходится вокруг шеи, кожаные штаны и высокие красные сапоги до колен. Рыжие волосы спускаются до талии.
– Да. Смело!
– Смотрите-ка, – раздаётся голос позади меня. – Это же мой ангел-хранитель!
– Калеб?
– Безумный Шляпник к вашим услугам, – говорит он с поклоном. У него на боку мясницкие ножи в ножнах. Калеб ловит мой взгляд и ухмыляется. – Что поделать? Я должен оправдывать свою репутацию. Добро пожаловать, дорогая.
– Спасибо.
– Иди сюда, – приглашает Джеймс, – давай выпьем чаю.
– Чай, – говорит Калеб, – это то, что надо.
У меня так много вопросов, что я не могу ясно мыслить. Мы все садимся, и Гелион кричит на меня.
– Я видела твоих братьев и сестёр в квартире Малли на днях, – говорю я ворону.
Он не выглядит впечатленным.
Я тянусь за чайником, и Малли фыркает.
– Боже мой, нет, – говорит она и указывает своим волшебным посохом на чайник. – Как неловко.
– Не будь такой ведьмой, – восклицает Урсула. – Она научится.
Чайничек поднимается в воздух, как и чашки. Чай наливается сам, а затем чашки приземляются перед каждым из нас.
– Сливки? – спрашивает Малли. – Сахар?
– И то, и другое. – Раньше я пила простой чай, но теперь хочу почувствовать сахар на языке, я жажду сладости.
Джеймс под столом берёт мою руку в свою, здоровую.
– Почему бы тебе не дать Мэри это сделать? – предлагает Джеймс.
Малли смотрит на нас и пожимает плечами.
– Давай. Клади сливки и сахар, – говорит Джеймс.
– Я не могу.
«Нет, ты можешь».