Вместе мы удерживали их, пока несколько из них не оказались на земле убитыми или ранеными.
— Поднимайся на борт, — бросил мне вполголоса Хул Хаджи. — Я тотчас же присоединюсь к тебе.
Я сумел взобраться в гондолу.
Хул Хаджи сделал последний выпад, убивший стражника, и в возникшем в эту секунду затишье прыгнул в гондолу.
Я стоял наготове у двери и тут же захлопнул ее. Преставив Хулу Хаджи запирать ее, я проскочил мимо все еще испуганной девушки и уселся за пульт управления кораблем.
Прошло несколько мгновений, и моторы мощно взревели, оживая. Я освободил якорные канаты, и вскоре мы поднялись в воздух.
— Что теперь? — спросил Хул Хаджи, мельком взглянув на девушку и усевшись в специально изготовленное для него кресло.
— У меня есть сильное искушение сейчас же вернуться в Варналь, — сказал я. — Но, вероятно, будет лучше всего сразу же отправиться к подземельям якша и посмотреть, не сможем ли мы найти машину для исцеления от чумы. Еще лучше было бы, если бы нам удалось вступить в контакт с шивами.
— Шивы редко вступают в контакт с нами, — напомнил мне Хул Хаджи.
— Но если бы они узнали!
— Наверное они знают.
— Ладно, — сказал я. — Мы летим к подземельям якша. Наверное там мы найдем средство вступить в контакт с шивами.
— А что насчет девушки? — спросил Хул Хаджи.
— Ничего не остается, кроме как взять ее с собой, — решил я. — В конце концов, помогая ей в первый раз, я возложил на себя ответственность за ее дальнейшую судьбу.
— И на меня, друг мой, — улыбнулся Хул Хаджи.
Позади нас Ала Мара слабо проговорила:
— Спасибо вам, незнакомцы. Если я буду вам чем-то мешать, высадите меня, где хотите. Вы сделали достаточно.
— Чепуха! — ответил я, устанавливая курс на север к подземельям якша. — Мне хочется в конце этого приключения вернуть тебя обратно в Кенд-Амрид. Кроме того, у нас есть основания надеяться, что мы получим средства для уничтожения царящих там бед.
Наверно, тронутая этим и явно вспомнив смерть отца, девушка снова принялась рыдать. Я обнаружил, что мне трудно не обращать внимания на ее эмоции, и прошло долгое время, прежде чем я смог подумать о способе, с помощью которого я смог бы разыскать машину, способную исцелить чуму, исходя из предположения, что она существовала в подземельях якша.
Пройдет еще несколько дней, прежде чем мы доберемся до своей цели. За это время я должен научить себя действовать и мыслить хладнокровно.
Я, конечно, не знал тогда, что ждало меня впереди. Если бы знал, то, скорее всего, вернулся в Варналь.
Как оказалось, события скоро развернулись таким образом, что мы все оказались в отчаянном положении!
Глава 5
ВАРВАРЫ
Мы полетели над пустыней, решив навестить Мендишар — отечество Хула Хаджи — на обратном пути. Частично это было решение моего друга, поскольку он объяснил, что лишь недавно улетел оттуда и уверен, что там у него в настоящее время все в порядке.
Мы опустились перед очищенным нами раньше входом и, причалив воздушный корабль, оставили Алу Мару сторожить его.
У входа, накрытого нами в предыдущее путешествие листом сплава, не подверженного коррозии, мы заметили, что лист кто-то сдвинул.
Хул Хаджи указал на землю.
— С тех пор, как мы его оставили, здесь побывали люди, — сказал он. — Вот отпечатки ног. А вон следы, как будто по земле волокли что-то тяжелое. Что ты об этом скажешь, Майкл Кейн?
— На данный момент у меня не больше мыслей, чем у тебя, — нахмурился я. — Нам лучше вести себя осторожно. Наверное, внутри мы обнаружим следы, по которым сумеем распознать чужаков. Кто же мог залезть сюда?
Хул Хаджи покачал головой.
— Отпечатки ног показывают, что это люди не моей расы, а твоей, но, с другой стороны, никаких низкорослых людей в этих краях нет. Должно быть, они явились издалека.
Мы подняли крышку и прошли в прохладное помещение. Оно освещалось казавшимися неиссякаемыми огнями, изобретенными древней расой.
В свой последний визит мы соорудили деревянную лестницу, и ступеньки ее были теперь расщеплены и побиты, опять-таки доказывая, что по ним волокли тяжелые предметы.
Когда мы пробрались дальше в катакомбы якша, то ахнули от гнева, увидев учиненные разрушения. Машины валялись перевернутые и разбитые, сосуды с химическими веществами — сломаны и разнесены вдребезги, артефакты — частично уничтожены.