Прежде чем я успел что-нибудь сказать об этом Хулу Хаджи или Рокину, под крышу вошел собако-человек покрупнее, чем остальные, и посмотрел на нас своеобразными песьими глазами.
— Кто вы? — спросил он со странным акцентом.
— Путешественники, — ответил я. — Мы не причинили вам никакого вреда. Почему вы напали на нас?
— Ради Первых Хозяев, — ответил он.
— Кто такие Первые Хозяева? — спросил лежавший рядом со мной Хул Хаджи.
— Первые Хозяева — это те, кто освободил нас из Хрустальной Ямы.
— Мы с ними не знакомы, — заявил я. — Почему они велели вам напасть на нас?
— Они нам не велели.
— Они отдают вам приказы? — спросил Рокин. — Если так, то скажите им, что они взяли в плен Рокина Золотого, и если он умрет, его воины покарают их.
Тяжелый рот собако-человека растянулся в некоем подобии улыбки.
— Первых Хозяев нельзя покарать — они карают.
— Мы можем с ними поговорить?
— Они не разговаривают.
— Мы можем увидеть их? — спросил Хул Хаджи.
— Вы увидите их, а они увидят вас.
— Ну, по крайней мере, мы, может быть, сумеем вразумить этих Первых Хозяев, — сказал Хул Хаджи и обратил свое внимание на собако-человека, который, как казалось, был вожаком стаи.
— Эти Первые Хозяева похожи на вас? — спросил я. — Или они похожи на нас?
Вожак стаи пожал плечами.
— Ни то, ни другое, — ответил он. — Больше похожи на этого. — Он показал на Хула Хаджи.
— Они — народ моей расы. — Хул Хаджи немного приободрился. — Тогда они, наверное, поверят, что мы не желали им никакого вреда.
— Только похожи на тебя, — поправил его собако-человек. — Но не такие же, как ты. Вы увидите их в Хрустальной Яме.
— Что это за Хрустальная Яма? — проворчал Рокин. — Почему мы не можем увидеться с ними сейчас?
Собако-человек снова, казалось, улыбнулся.
— Они еще не явились, — ответил он.
— А когда они явятся?
— Завтра, когда солнце поднимется выше всего.
Сообщив это, собако-человек покинул жилище.
Каким-то образом нам удалось немного поспать, надеясь, что таинственные Первые Хозяева окажутся более разумными и более понятливыми, чем люди-собаки, которые явно прислуживали им.
На следующий день, как раз перед полуднем, в помещение вошли несколько собако-людей и, подняв нас, вытащили на солнце.
Вожак стаи ждал, стоя на куске обвалившейся кладки, с мечом в одной руке и палкой в другой. На конце палки сверкал невероятных размеров камень, похожий на рубин. Я не понял его значения, за исключением того, что он, наверное, служил знаком превосходства этого существа над другими.
Нас унесли с поляны в лес, но в скором времени мы очутились на другой поляне, на противоположном конце которой находился лес. Здесь колыхалась сонная трава, поднимавшаяся до пояса и щекотавшая мне лицо, когда меня несли.
Трава вскоре стала скуднее, открывая участок отвердевшей глины, в центре которого находилось большое пространство из материала, сверкающего так, что у меня заболели глаза.
Он мерцал и сиял на солнце, словно огромный алмаз.
Только когда нас поднесли ближе, я понял, что это, должно быть, и есть Хрустальная Яма.
Это была яма. Стенки ее были образованы чистым фасеточным хрусталем, отражавшим свет под столькими углами, что сперва было почти невозможно угадать, что это такое.
Но где же Первые Хозяева, похожие на Хула Хаджи? Я не видел никого, кроме своих спутников и принесших нас сюда собако-людей.
Нас отнесли к краю сверкающей ямы и перерезали путы. Мы огляделись, недоумевая, что же должно случиться, и никто из нас не подготовился к полученным нами неожиданным толчкам. К счастью, стенки ямы оказались не особенно крутыми. Мы проскользили на дно, не в состоянии затормозить спуск.
Когда мы поднялись на ноги, то увидели, что люди-собаки отступают от края ямы.
Мы не могли догадаться, с какой целью нас сюда заточили, но встревожились, подозревая, что все не просто так.
Примерно через час, на протяжении которого мы по большей части вынуждены были держать глаза закрытыми, нам пришлось оставить попытки вскарабкаться по стенкам, и мы принялись разрабатывать другие способы спасения.
Казалось, что таковых не существовало.
Вдруг мы услышали сверху звук и увидели смотрящее на нас лицо.
Сперва мы подумали, что оно, должно быть, принадлежит одному из Первых Хозяев, но лицо не совпадало с описанием.