Из ямы раздался специфический шуршащий звук, и я увидел, как над помостом поднялась огромная змеиная голова и принялась покачиваться в ритме песни Хоргулы.
Арзгуны забормотали что-то в суеверном страхе и тоже принялись петь, раскачиваясь в такт сдвижением головы змеи. Голова эта была болезненно желтоватого цвета, с изгибающимися из-под верхней челюсти длинными клыками. От Зверя исходил нездоровый запах аммиака, и один раз он разинул свои массивные челюсти с длинными клыками и издал страшное шипенье, обнаружив зияющую красную пасть и огромный мясистый раздвоенный язык.
Пение Хоргулы стало затихать, покачивания уменьшили амплитуду, пение зрителей стало почти неслышным, а потом, и это подействовало на меня, как удар, — абсолютная тишина.
Неожиданно эта тишина была нарушена, когда позади меня раздался крик:
— Нет! Нет!
Я повернул голову и увидел, кто это кричал.
— Шизала! — невольно вырвалось у меня. Эти дьяволы привели ее сюда стать свидетельницей моей смерти. Даже с такого расстояния мне было видно, что по щекам ее текли слезы и она тщетно боролась с двумя огромными синими воинами. Я попытался вырваться из лап своих конвоиров и броситься к ней, но силы были неравны.
— Оставайся в живых! — прокричал я ей. — Не бойся! — Я не мог предупредить ее, что Дарнал, может быть, уже ведет за собой подмогу. Но, наверное, мой крик что-нибудь будет для нее означать.
Ее голос слабо ответил:
— О Майкл Кейн, я… я…
— Кончать! — Хоргула повернулась лицом и приказала:
— Отведите пленника к краю ямы!
Меня толкнули вперед, и я посмотрел вниз, туда, где Зверь Наал свернулся кольцом. Его странно разумные глаза пристально взглянули на меня, и я содрогнулся при виде злобного веселья, сверкнувшего в них.
— Зверь Наал сегодня в игривом настроении, — сообщила сверху Хоргула. — Прежде чем сожрать тебя, он немножко позабавится.
Я твердо решил не показывать ни малейших признаков овладевшего мною ужаса.
— Сбросьте его вниз! — приказала Хоргула.
Связанный и беспомощный, я был сброшен в яму Зверя Наала.
Я сумел приземлиться на ноги, в нескольких метрах от того места, где лежала, свернувшись, огромная змееподобная тварь, глядевшая на меня этими ужасными глазами.
А затем неожиданно я услышал сверху крик и поднял голову. С края ямы на меня глядел арзгунский воин — тот самый, которого я видел раньше и который так странно смотрел на меня.
В одной руке он держал меч, в другой — боевой топор. Что он делал?
Я услышал, как Хоргула визжала своим стражникам: “Остановите его!”
А затем арзгун спрыгнул в яму и оказался рядом со мной. Он поднял меч, и вдруг я понял смысл того, что происходит.
Глава 13
НЕОЖИДАННЫЙ СОЮЗНИК
Сначала я подумал, что этот воин сам хочет убить меня. Но это было не так. Он быстро рассек мои путы.
— Я знаю тебя, — произнес я. — Ты воин, с которым я сражался неподалеку от Варналя.
— Да, я воин, чью жизнь ты отказался взять и которого ты избавил от оскорблений и меча его товарищей. Я много думал о том, что ты сделал, Майкл Кейн. Я восхищаюсь тобой. И теперь я могу, по крайней мере, помочь тебе сражаться за свою жизнь против этой твари.
— Но я думал, что твой народ страшится его.
— Верно, но я начинаю сомневаться, что это правда. Бери этот меч, я всегда лучше владею топором, чем мечом.
С этим неожиданным и желанным союзником я повернулся к Зверю Наалу.
Зверь, казалось, был сбит с толку таким поворотом событий. Его взгляд перемещался с одного из нас на другого, как будто в неуверенности, на кого напасть первым, потому что теперь мы разошлись в стороны и, пригнувшись, ждали.
Громадная голова Зверя вдруг метнулась ко мне. Я отступил назад, пока не уперся спиной в стену, отчаянно ударив его по морде большим арзгунским мечом.
Он, очевидно, не привык, чтобы его жертва отвечала ударом на удар, и зашипел в явном гневе, когда мой меч просек глубокую рану на его морде.
Он оттянул голову назад и начал поворачиваться так, что скоро его голова поднялась высоко надо мной, а я оказался в ее тени. Зияющая пасть пошла вниз, и я подумал, что он слопал меня сразу. Я поднял меч острием вверх, и когда пасть почти накрыла меня, а зловонное дыхание стало невыносимым, вогнал острие меча в мягкое небо Зверя.
Он завизжал и отпрянул назад. В то же время арзгунский воин бросился вперед и рубанул Зверя топором по голове. Тот повернулся к нему и, взмахнув головой, опрокинул его навзничь, заставил его потерять равновесие.