— Мы должны подготовить послание всем килакам и оркилакам, созывающее их на всеобщую встречу здесь.
Эти два марсианские слова обозначали приблизительно лидера деревни и городка, суффикс “ак” обозначал человека, имеющего власть над своими собратьями, или, строго говоря по-марсиански, того, кто был уполномочен своими собратьями действовать в их интересах. “Кил” — обозначал маленькую общину, “оркил” — означал большую.
— Это необходимо, — продолжал Хул Хаджа, — для того, чтобы они сами увидели, что я именно тот, кем являюсь. А также для того, чтобы решить, когда нанесем удар и как расставим наших воинов.
— Сколько воинов, по твоим подсчетам, имеется в твоем распоряжении? — спросил я, умываясь холодной водой.
— Около десяти тысяч.
— А со сколькими приоза придется бороться?
— Около пяти тысяч, включая воинов не из приоза, но поддерживающих их. Приоза, конечно, намного лучше вооружены и обучены. У моего народа есть привычка сражаться, не подчиняясь командирам. Приоза дисциплинированны, но я не уверен, что мы то же можем сказать о воинах из деревень.
Я понял, что это была черта, которую мендишары делили со своими арзгунскими кузенами. Арзгуны были объединены под началом архизлодейки Хоргулы — объединены, по большей части, из-за страха перед общим врагом — Зверем Наалом и суеверием.
— Это — еще одна причина, почему нужно мое присутствие, — сказал Хул Хаджи. — Они, как предполагает Морахи Ваджа, будут сражаться под началом наследного Бради, тогда как их пришлось бы обучать дисциплине, чтобы они слушались приказов всего лишь килака.
— Значит, Морахи Ваджа был прав. Ты незаменим в этом деле.
— Кажется, так, но это большая ответственность.
— Это — ответственность, к которой тебе придется привыкнуть, — уведомил его я. — Как Бради Мендишара ты всю жизнь будешь нести тяжелую ответственность за свой народ.
Он вздохнул и улыбнулся мне.
— Есть некоторые преимущества в жизни у одинокого скитальца по диким краям, не так ли?
— Есть. Но если ты королевской крови, у тебя нет свободы выбора.
Он снова вздохнул и стиснул рукоять своего большого меча.
— Ты больше чем боевой спутник, Майкл Кейн. Ты друг с сильным характером.
Я схватил его за руку и посмотрел ему в глаза.
— Эти слова применимы и к тебе, Брадинак Хул Хаджи.
— Надеюсь, что так, — ответил он.
Глава 3
ДОЛГ ХУЛА ХАДЖИ
Несколько дней спустя мы получили известие, что всем предводителям городков и деревень было передано указание и тайное собрание было намечено провести через три дня.
В это время мы составляли план действия и очень мало отдыхали. Хул Хаджи проводил много времени с Орой Лис. Как любой мужчина, он был польщен ее обожанием.
Я чувствовал, что ничего хорошего из этого не выйдет. При иных обстоятельствах все это могло произойти и со мной. Фактически, я не раз сам это делал в прошлом, хотя тогда на кон было поставлено куда меньшее.
Мне казалось, что Оре Лис дали веское основание думать, что на ее страсть ответили взаимностью, но я не мог найти способа предупредить друга.
Однажды я оказался с ней наедине и поговорил с ней.
Несмотря на то, что мне представлялся диковинным ее рост и странным казалось ее лицо, она показалась мне простенькой, бесхитростной и романтической девушкой. Я попытался завести разговор о Хуле Хаджи, сказал ей о его многочисленных обязательствах перед народом, что могут потребоваться годы, прежде чем он подумает о себе — и о том, чтобы взять себе жену.
Ее ответом на это был смех и пожатие плечами.
— Ты — мудрый человек, Майкл Кейн, — мой брат говорит, что твои советы очень им помогли — но я думаю, ты не так мудр в делах любовных.
Это поразило меня глубже, чем следовало бы, потому что мысли о моей собственной любимой Шизале всегда были со мной. Но я не отступил.
— Разве ты не думаешь, что Хул Хаджи может не испытывать к тебе такого сильного чувства, как ты к нему? — мягко спросил я.
Снова улыбка и легкий смех.
— Мы поженимся через два дня.
— Поженитесь! — разинул я рот. — Хул Хаджи мне ничего не говорил!
— Разве? Ну, тем не менее это так!
После этого я ничего не мог возразить, но твердо решил предупредить Хула Хаджи.
Я нашел его на северной стене деревни. Он глядел на прекрасные сине-зеленые холмы, обработанные поля, кормившие жителей деревни, и на большие алые цветы, росшие здесь в изобилии.
— Хул Хаджи, — обратился я без всяких предисловий. — Ты знаешь, что Ора Лис думает, что она через два дня обязательно выйдет замуж?