Халли вручила свою куртку гардеробщику, пробормотав слова благодарности. Эллис снова подал руки спутницам.
Покрытые рубиново-красными дорожками лестницы вели посетителей на верхние этажи и в дорогие ложи, перила сияли в мягком свете большой люстры. Халли могла поклясться, что видит свое отражение в полированном металле.
Когда они достигли площадки, Эллис отвел их к последней ложе. Свет изящных ламп рисовал тени на полу.
Ложа вмещала всего четверых, но из нее открывался великолепный вид на сцену. Отделанная, как и весь зал, алым и золотым, ложа выглядела довольно уютно, и Халли почти забыла свои страхи. А когда увидела саму сцену, то не смогла сдержать визг. Тихий рокот публики внизу только усилил ее волнение.
— Как прекрасно, Эл! Твой отец заслуживает повышения!
Эллис рассмеялся и сел рядом с Петрой.
— Ты так говоришь только потому, что это «Одиссея». А вот приведи тебя на какой-нибудь из этих новых рубиканских спектаклей, ты бы не впечатлилась. В них вечно один и тот же сюжетный поворот: все умирают. Абсурд.
Он не ошибся; те спектакли были ужасны, хотя Халли все равно не отказалась бы от бесплатного билета. Помимо занятий в библиотеке походы в театр были ее любимым занятием в Кивине.
— Посмотрите на программку! — Халли взяла свою у Эллиса и провела пальцем по тисненому названию. — Такая красивая!
— Ты точно сдержишься? — со смехом спросила Петра.
— Обещаю заткнуться, как только поднимется занавес. — Халли поправила юбку свободной рукой.
— Не верю ни на минуту, — усмехнулся Эллис.
Она шлепнула его программкой по колену.
— А ну тихо. В прошлый раз я болтала все представление лишь потому, что… звезды, было так плохо, я даже слов подобрать не могу. Актеры играли ужасно, и…
— Да, да, мы знаем, ты бы справилась гораздо лучше. — Петра обмахивала лицо своей программкой.
Халли фыркнула и стянула с плеча сумку, ища принадлежности для рисования. Она достала альбом и положила его на колени.
— Так и есть. — Спутники проигнорировали ее; она выбрала твердый карандаш для легких набросков и заглянула в программку. — Стерлинг Гослан в роли Одиссея? Разве он не был в…
Ее прервало мерцание электрических ламп внизу и тишина, наступившая в просторном зале.
— Тс-с! — Петра ткнула ее и указала на сцену, где раздвинулся толстый бархатный занавес.
— А можно не ставить мне синяки… о! — Халли проглотила окончание фразы и положила программку рядом с сумкой. Она подалась вперед, насколько осмелилась, и улыбнулась, заметив, как девять актеров — должно быть, Музы — ждут выхода. Свет отражался от их скрытых белыми масками лиц.
— Свидетельствуй, о память… — эхом прокатились их голоса.
Позабыв о рисовании, Халли подперла подбородок руками. Альбом упал с ее колен, карандаш покатился по полу. И на этот раз ей было все равно.
Для небольшой передвижной труппы исполнители проделали достойную работу над пьесой, подумал Кейс. Они не смогли втиснуть все детали в двухчасовое представление, но актер, играющий Одиссея — какой-то там Стерлинг, — замечательно справился. С финальной сценой режиссер особенно постарался. Удивленные взгляды на лицах женихов, когда нищий превратился в Одиссея, смотрелись фантастически. Однако для Кейса самой трогательной сценой стало воссоединение героя с женой.
Вот бы любовь действительно была такой. У его родителей ничего подобного точно не наблюдалось. Джов с женой казались вполне счастливыми, но Кейс сомневался, что она стала бы ждать двадцать лет, пока его брат вернется с войны.
Сам Кейс Джова так долго не ждал бы. Брошенные в недавнюю встречу едкие слова старшего брата все еще жалили. Но с другой стороны, Кейс скоро покинет город, так что какая разница?
Шагнув в коридор с красной дорожкой, он погрузился в мысли о предстоящей миссии. Что это будет? Где? Может, нужно совершить тайную вылазку в соседний Сирулин? Самой дальней поездкой в его жизни оставалась переправка местного губернатора в регион Кристалфелл по эту сторону Нарденского хребта. Они с Нагсом летели сквозь шторм в одном из самых больших причудливых аэрокораблей. Не слишком весело вышло. Все прочие миссии были в пределах часа лета.
Отношения между Джейд и Сирулином никогда не были дружескими, но с последнего крупного конфликта прошло не менее двух десятилетий. Он начался из-за споров по поводу использования Нарденских шахт, где добывали зуприум, уникальный самородный металл, который никогда не ржавел. Он обладал и другими невероятными, почти магическими свойствами, что обнаружил дядя Кейса почти двадцать лет назад. Его открытия привели к созданию аэрокораблей. Что-то при взаимодействии металла с электричеством заставляло устройства летать.