— Ты же помнишь, как Одиссей поплатился за свою чрезмерную гордость. С нашим везением, ты натравишь на нас орду драконов.
— Делаю, что могу.
— Ты невозможен.
— Это правда. Не буду отрицать. — Он достал еще одну конфету и зажал ее в пальцах. — Спасибо.
Она убрала волосы с лица.
— За что?
— За это. И за… — Он протянул ей пакет. — Ты не убежала, когда я… ну, когда я рассказал тебе, что случилось.
Халли теребила подол рубашки. Одной из любимых, с кружевом в виде астр. Это была одна из первых ее покупок по прибытии в столицу.
— Не ты один совершал ужасные поступки. Не стоит нести это бремя в одиночку.
Глаза Кейса затуманились, но слова прозвучали твердо.
— Спасибо.
Наступила тишина, и, как всегда, Халли не выдержала.
Она взяла еще одну карамельку.
— А теперь скажи. Раз ты читал Мариси, то наверняка слышал о Кейлоре. Он специализируется на другой древней литературе, в частности на Шекспире, но ошибается в некоторых своих анализах «Юлия Цезаря», особенно когда разбирает речь Брута…
Только когда Халли укладывалась в постель несколько часов спустя, обсудив всевозможные книги и авторов и съев столько конфет, что желудок готов был лопнуть, она поняла: они ни разу не упомянули, что могут никогда не вернуться домой. Ни разу эта мысль не пришла ей в голову.
Халли улыбнулась, легла на спину и стала слушать ночные шорохи и тихие голоса Бена и Зика за разбитым окном. Вскоре она уснула, так и продолжая улыбаться.
Часть III
Врата
Интерлюдия 2
Разбитые звезды
Tриумвират проспорил неделю с тех пор, как Лорд-капитан предложил убить командующего сирлами Маркоса Корреа. Джов считал, что только за эти несколько дней у него появилось не менее пяти седых волос, и это были не первые. Клара дразнила мужа, мол, его шевелюра выглядит так, будто кто-то посыпал ее солью. Ради всего святого, ему не было и тридцати.
— Не беспокойся о своих волосах, милый, — ворковала Клара, пока Джов пытался так натянуть шляпу, чтобы прикрыть седые пряди. Они ехали через город на ужин в поместье Шекли. Мать настояла, сказав, что хочет поговорить с Кларой о ребенке. Он не стал бы так переживать, если бы туда же пришли его братья или даже какой-нибудь важный сановник. Но нет, там будут только Джов, Клара и его родители — частный, уютный семейный праздник. Замечательно.
Джов перестал возиться со шляпой и взглянул на жену.
— Ты так говоришь только потому, что сама моложе.
Клара звонко рассмеялась, как певчая птица весной.
— Скажи спасибо. Не каждому дано дожить до старости.
Джов фыркнул.
— Пожалуй, ты права.
— Я всегда права. И пора бы тебе это наконец усвоить.
Чем он заслужил ее?
Джов улыбнулся, по-настоящему, впервые за несколько дней. Он взял ее за руку и притянул к себе на колени.
— Со временем все встанет на свои места.
Она сжала его руку. Всю оставшуюся дорогу они почти не разговаривали, и Джов просто смотрел в окно. Обычно он предпочитал везде ходить пешком, но теперь не хотел, чтобы Клара шла так далеко, особенно ночью. Кроме того, какой смысл носить такую престижную фамилию, если она не дает определенных преимуществ? Наличие автокэба с шофером было одним из лучших бонусов.
Ближе к вечеру зажиточные семьи уже разъехались по своим особнякам, и проезжая часть разгрузилась. У самых богатых были дома за городом, но многие здания в Верхней Кивине из-за ограниченного пространства приходилось строить ввысь, а не в ширину. Не сказать, что они получались менее кричащими, чем загородные поместья. Возможно, даже больше.
Джову нравился их с Кларой небольшой таунхаус. Простой и практичный. Там он чувствовал себя дома.
В это время в нижней части города люди всех сословий еще бродили по улицам, пытаясь ухватить товар на рынке по бросовым ценам, глянуть представление в общественном театре или наведаться в местные таверны. Джов не любил соваться в эту часть города — она была для него слишком грязной. Но в данный момент он согласился бы поесть в самом грязном заведении. Вместо этого ему приходилось ехать в одно из самых чистых и знатных поместий города — дом своего детства.
— Джов?
Он хмыкнул и повернулся к жене. Клара прикусила губу — так она делала, только когда нервничала.
— Да, любимая? — Он провел большим пальцем по тыльной стороне ее руки.
— Постарайся сегодня вечером не ссориться с отцом.
Джов напрягся и убрал руку.
— Он сам обычно начинает.