Джов сжал приборы так крепко, что, казалось, едва их не погнул. Медленно он отложил их, чтобы не поддаться искушению проткнуть стол или пирог. Разговор женщин прервался. Джов сложил дорогую тканевую салфетку рядом со своей изящной тарелкой, посетовал на то, что не доел последнее блюдо, и одним взглядом извинился перед Кларой.
— Мне жаль, что ты так думаешь. — Джов пристально посмотрел на отца. — Однако, подозреваю, Высший совет не одобряет обсуждения конфиденциальной информации вне заседаний.
— То, что я говорю в своем доме, не требует чьего-то одобрения.
Джов взглянул в умоляющие глаза Клары и встал с кресла.
— Может, мы цивилизованно поговорим об этом в гостиной?
Харлан положил свой нож и вилку, а также салфетку, после чего встал. Слуга поспешил задвинуть стул обратно, когда Харлан отошел от стола.
Джов последовал за ним, проводя языком по зубам. Они не смогли продержаться даже одну ночь — ночь, которая должна быть радостной. Праздничной. У Джова и Клары скоро родится ребенок. Но нет, Харлану нужно было прогнуть всех под себя.
Закрывая дверь, Джов услышал, как мать велела Зури положить остатки пирога в холодильник. Лорд-капитан провел его в гостиную, и Джов успел заметить там брошенный бокал с бренди, прежде чем Харлан повернулся к нему.
— А теперь давай поговорим, как ты там выразился, цивилизованно? — Харлан скрестил руки. Его усы подергивались. — Ты не должен противоречить мне на собраниях.
— Я Гвардеец, Лорд-капитан. И не просто так на своем посту. — Джов постарался сохранить ровный тон. И у него это получалось примерно так же, как если бы он тащил в гору двенадцатитонный валун. — Я лишь констатировал факты. Факты, которые страдитам необходимо знать.
Харлан сузил глаза.
— Сарсон ждет любого удобного случая, чтобы сместить меня, и теперь Рихтер на ее стороне.
Джов прикусил язык. Он обещал Кларе. У них с Харланом простой разговор, не более того. И на тон можно внимания не обращать. Харлан так начинал любой спор, и чаще всего Джов заглатывал наживку, но не в этот раз.
— А сегодня у тебя хватило наглости пойти против моего плана.
Потому что Харлан собирался уничтожить невинных людей. Используя силы агентов специального назначения и шпионов, которые Джейд имел по ту сторону Нарденов, Лорд-капитан хотел после смерти Корреа уничтожить сам город Сол Адрид. Чтобы показать Сирулину, кто на самом деле обладает властью на Ялваре.
Джов отхлебнул бренди из своего бокала. Сглотнул, тяжело дыша через нос. Ему требовалось больше алкоголя.
— Я должен выглядеть беспристрастным. Семейные узы не могут мешать работе. Я думал, ты поймешь.
Харлан ударил кулаком по стене рядом с книжной полкой, отчего ее содержимое загрохатало. Его ореховые глаза пылали.
— Не смей мне это говорить! Ты и остальные будут сидеть сложа руки и ничего не делать, пока Сирулин загребает власть. Я единственный, кто может хоть что-то сделать!
На этом он не остановился. Отец сплюнул на зеленый ковер, и его плевок остался темным пятнышком на драгоценной шерсти.
— Миссия с ялвами была и моей идеей. Но, видимо, у меня не один, а целых три бесполезных сына, которые пошли по стопам своего проклятого дядюшки.
Глаза Джова залила алая пелена, и мужчина швырнул в камин бокал, где тот разлетелся на тысячу осколков.
— Бесполезных? Я сделал себе имя. Сам. Я возглавляю Стражу!
Вся сдержанность, которую он мог проявить, разбилась вместе со стаканом. Джов ткнул пальцем Харлану в лицо.
— Ты заставил меня послать их! А я по глупости согласился, думая, что все это ради выживания Джейд. Может, они все уже погибли, но тебе плевать! Тебе никогда не было до нас дела. Если мои братья не вернутся, их смерть будет на твоей совести. Как и смерть Аны. Как и дяди Иезекииля. Тебя волнует только эта дурацкая форма и твоя собственная проклятая гордость.
— Я отказываюсь, чтобы со мной так разговаривали в моем собственном доме. Я твой отец.
Харлан толкнул его на приставной столик, и сверкающая статуэтка короля Артура упала об пол. Осколки стекла, словно разбитые звезды, заблестели в свете люстры.
Джов уставился на них, с трудом сдерживая слезы, гнев и разочарование бурлили в его жилах. Голос надломился, когда он выплюнул:
— У меня нет отца.
Он взял себя в руки и вышел в прихожую, где его ждали Клара с матерью. Не давая себе совершить ничего необдуманного, Джов направился к входной двери и снял пальто с крючка.