К тому времени, как часы в офисе показали полночь, пусть бесконечный полярный день так и стоял над маленьким приозерным городком, немногочисленный штат полиции, объединившийся с бригадой добровольцев из местных рыбаков-энтузиастов, прочесал не только озеро, но и лес в радиусе трех километров вокруг.
Были найдены пропавшая неделю назад собака школьного учителя (к несчастью, дохлая), мешок рыболовных снастей разной степени негодности, запасное колесо от «Лады» патрульного, несколько весьма необычных каменных идолов, которых никто не мог вспомнить, а также нелегальный кемпинг.
Мужа госпожи Садовской в окрестностях озера не было.
Вернувшись в офис едва державшимся на ногах от усталости, ленсман споткнулся взглядом об перчатки, взял их в руки, внимательно оглядел, понюхал и с отвращением швырнул на подоконник.
- Придется вызывать подкрепление из районного центра, - подумал он тоскливо.
Ситуация портилась быстрее, чем, бывало, осенняя нестойкая погода.
Утро принесло заплаканную госпожу Садовскую, которая вдруг нашла на берегу вымокшую и запачканную илом кепку мужа, и теперь требовала бригаду водолазов. Водолазов в маленьком приозерном городке не было.
У ленсмана болела голова и саднило горло.
Перчатки, грязным комком лежавшие в пыльном углу подоконника, распространяли уже ощутимое ментальное зловоние.
Ленсман вздохнул и потянулся к телефонной трубке.
В трубке стояла тишина.
В маленьком приозерном городке далеко не всегда работали телефоны.
Водолазов решили заменить несколькими лодками с рыбаками, вооруженными длинными шестами. Озеро не было таким уж глубоким – по крайней мере, большая его часть. Кое-где, конечно, имелись и провалы, но кто, как не рыбаки, мог точно указать их расположение?
Ленсман задумчиво сидел на корме одной из лодок, пока патрульный с рыбаком Висой тралили дно. Головная боль слегка утихла, но неяркое сияние полярного дня резало глаза, а плеск озера и перекличка экипажей лодок заставляли мозг болезненно вздрагивать в попытке забиться поглубже в черепную коробку.
- Что-то есть, - вдруг сказал патрульный.
- Да, точно, - подтвердил Виса. – Цепляет.
- Может, камень?
- Подожди, сейчас пошевелим, глядишь, и всплывет.
Меньше всего ленсману хотелось, чтобы что-то там всплывало. Что бы ни извергло потревоженное старое озеро, покоя в ближайшем будущем это точно не сулило.
- Да уж, расшевелили, - сплюнул патрульный.
На поверхность из лопнувшего мешка, покоившегося на дне, начал всплывать мусор: банки от соуса, пластиковые бутылки, словом, все, способное плавать.
Ленсман кисло рассмеялся.
Еще через три часа экспедицию свернули – над городком обосновался затяжной холодный дождь.
Госпожа Садовская осталась ждать в кемпинге, из которого погода и наступившие будни выгнали большую часть отдыхающих. Ленсман с патрульным пили кофе в офисе и ждали, пока восстановится телефонная связь. В маленьком душном, несмотря на дождь, помещении ощущалось напряжение – оба знали, что если связь не появится к утру, кому-то придется ехать в райцентр за подкреплением. Не ахти, какая проблема, в отличие от размеров ожидаемой затем волокиты.
- А перчатки-то что? – подцепив в углу подоконника означенный предмет, вспомнил патрульный. – Точно его?
- Вроде бы. Да что с них взять?
- Надо ехать к саамам, - решил патрульный.
- Почему?
- А больше негде.
- Хорошо, допустим, он пробежал по лесу двенадцать километров до ближайшего стойбища и благополучно там остался. Как проедем туда в такую погоду мы?
Патрульный вздохнул, оценив внедорожные качества полицейской «Лады», и развел руками.
Помолчав немного, он неожиданно добавил:
- У них шаман есть.
Ленсман, за пятнадцать лет службы в городке, весь лес вокруг которого кишел каменными идолами, один страшнее другого, предложению почти не удивился. В конце концов, обратиться с вопросом о местонахождении господина Садовского к какому-нибудь отродясь немытому полоумному сааму было несколько проще, чем полгода затем отчитываться перед многочисленными инстанциями из райцентра. Особенно если инстанции об этом знать не будут.
- Поедем, - решил ленсман. – Но как?
За окном так и лил безнадежный серый дождь, обещавший маленькому приозерному городку скорую осень и конец и без того недолгого туристического сезона.
- У нас родственник заночевал, - с явным смущением признался патрульный. – У него оленья упряжка.
Ленсман покосился на патрульного, чья типичнейшая финская внешность отрицала всякое родство с саамами, и решил, что родственник, очевидно, со стороны жены.
- Перчатки не забудьте!