Плеве молчал и кивал головой.
— А вас так или иначе сделают министром МВД, — я почесал под глазом, — правда, это проклятая должность, и люди там больше двух лет не живут, — усмехнулся я. — Но это можно поправить. У нас есть несколько лет до начала войны — можно многое успеть.
— Да что за война такая — с кем?!
— С Японией.
— С Японией?!
Удивлению чиновников не было конца.
— Формально с Японией, реально — с Великобританией.
— Вот как. А из-за чего?
— Как из-за чего? Посмотрите на карту.
Мы подошли к большой карте мира.
— Мы сейчас тянем железную дорогу во Владивосток — что это означает? В первую очередь, что мы сможем перебрасывать неограниченное количество войск на Дальний Восток. Это уже автоматически означает войну. Потому что тогда мы сможем контролировать Китай и Корею — то есть получим незамерзающий порт. Понимаете?
— Господи… ходили слухи, но никто всерьёз не воспринимает.
— Вот — одновременно и начнётся война на море и война в тылу, которую развяжут международные террористические организации. А по поводу того, слухи не слухи, — так это должна контрразведка работать и агентура в Японии, которой, я полагаю, нет.
— Но мы победим?
— А вы как думаете?
— Япония — это же пшик! Подгоним Тихоокеанскую эскадру, и им конец — раскатаем в блин! — фон Валь ударил кулаком в ладонь.
— Это нам конец. Эскадру потопят, а войну мы проиграем. Ну, почти проиграем.
— Это невозможно!
— По нам ударят с тыла — вы видели цифры потерь? Вот это война, — потряс я листком. — Выбьют всё руководство страны. А по поводу Японии — ещё раз говорю, что всё, что говорю вам я, должны докладывать люди из контрразведки. Япония — это просто пехота, которой будут воевать европейские державы. Японских флотских офицеров обучали голландцы в Голландской же военно-морской академии в Нагасаки, японскую армию создали и обучали французы, для чего в Японию были отправлены три французские военные миссии. Корабли для японского флота создали и построили британцы, высшие посты в правительстве Японии заняли люди, закончившие Лондонский университет по специальной программе.
Кроме того, мы не контролируем флот. Он предаст ещё до войны.
— Как это?! — в два голоса спросили раздавленные информацией полицейские.
— Прадедушка Николая, Николай Первый, потопил весь свой флот — и это его спасло. Вот если бы наш Николай потопил весь флот перед началом войны — глядишь, и вничью сыграли бы. Ну что вы так смотрите? Вы лучше сюда посмотрите — вот эта вся полка посвящена русско-японской. Вернее, не войне — мне это мало интересно, а саботажу на флоте. Мы фактически не контролируем флот — рычаги влияния находятся в другом месте. Ну и, кроме того, часть аппарата жандармерии и правительства точно так же играют против нас.
Плеве рухнул на стул. За ним и Валь. Я продолжал стоять и смотреть на них.
— Что же делать? — подавленно спросил Плеве.
— В первую очередь не отчаиваться. Ещё всё только начинается. У вас есть огромный ресурс, который, если грамотно использовать, можно побороться.
— Какой ресурс?
— Я и моя информация. И ещё вот это.
Я открыл портфель и достал папку.
— Что это?
— Ваш золотой парашют. Э-э-э… золотой билет.
Это проект реформы полиции. Вы такой примете в пятнадцатом году, но будет уже поздно. Сейчас может ещё рано, но можно попробовать. Тут нет имён — я предлагаю сделать так: вы подробно его изучите, переработайте, уберите что-то или добавьте по своему усмотрению. Только делать это надо быстро, пока Виктор Вильгельмович на посту. Вот с этим, — я помахал папкой, — уже можно идти наверх. Вполне возможно, что авторов подобной реформы повысят, и вообще вы займёте более прочное положение в иерархии власти.
— А вы?
— Что я?
— Что вы хотите для себя?
— Для себя и своих людей я хочу только иммунитета от политического и уголовного преследования. А так мной движет желание помочь стране и поквитаться с врагами. Так что мы все в одной лодке.
В этот момент на улице раздался какой-то шум, потом свист, потом в стекло прилетел камешек. Я аккуратно выглянул из-за занавески.
— Ваши архаровцы какую-то бучу устроили — видимо, вас потеряли.