Ленин хорошо просчитывал складывающиеся ситуации в режиме живого времени. И он сразу понял, что арест означает конец его революционной карьеры. А следовательно, карьеры вообще. Потому что Ленин был политическим лидером прирождённым, но больше ничего не умел. У него не было никаких талантов. Что получилось бы, если его арестовали, посадили в тюрьму или хотя бы выслали опять куда-нибудь на периферию? Или хотя бы не выпустили за границу? Тогда процесс кристаллизации социал-демократической партии совершили бы другие люди. И Ленин, отсидев срок, получив всеми правдами и неправдами заграничный паспорт или нелегально, скорее всего перейдя на Запад, он уже пришёл бы на новенького, на старенького. Там уже была бы сложившаяся организация. И он бы в ней играл вторые и третьи роли, выполняя черновую работу. А что такое черновая работа? А это работа в поле. Его послали бы снова в Российскую империю с заданием. Он неминуемо, как и все в такой ситуации тогда социал-демократы, сел бы. Скорее всего, прочно. А если бы он сел в тюрьму, и Ленин это понимал, он бы сошёл с ума. Он был не приспособлен для подобных психологических нагрузок. Поэтому проблему надо было решать и здесь, и сейчас, и любой ценой. Любой. И Ляпкин-Тяпкин её решил. Ленин, конечно, не мог и не хотел становиться завзятым агентом. И нужно было найти тонкую дипломатическую формулировку для совместной платформы. Это была задача его собеседника. И он с этой задачей справился. И вовсе не потому, что был каким-то гением сыска.
Начальник Санкт-Петербургского охранного отделения помог попавшему в беду Ульянову, как масон масону, по-дружески. Он утёр слёзы бедному молодому человеку. Его пожалел. Говорится, что глупые царские жандармы даже не догадались тщательно обыскать Ленина. А у него там было секретное послание Плеханову с детальной росписью революционной деятельности на ближайшее время. На самом деле, как я уже сказал, Ленина вели с самого начала. О нём всё прекрасно знали. И материалы на посадку там были в избытке. И, конечно, его и арестовали с целью вербовки. Сначала выманили через своих агентов в Петербург, потом схватили. Ещё можно допустить, что его бы выпустили из тюрьмы, чтобы проследить связи внутри страны. Но за границей — это абсурд. Но получается, что Ленин был нужен охранке за границей. Почему? Свет очевиден.
При этом я хочу оговориться, что на самом деле в сотрудничестве Ленина с охранкой, ну и также в сотрудничестве Сталина, нет ничего особенного. «Интернационал» — это, кроме всего прочего, международная организация шпионов. И, кроме того, это организация подпольщиков, то есть уголовников. Когда узнают, что какая-то сявка, шестёрка, стукач, — её убивают. Обычный вор никогда не будет сотрудничать. По той простой причине, что это очень опасно. Он прошёл уже школу, понимает, повязан всем. Мало вероятности. Есть, конечно, бывают такие случаи, но немного. Но воровская элита по должности сотрудничает с полицией. Иначе просто не может быть. И если человека за жабры хватают, у него всегда есть отмазка. Ну, человек держит малину, ему братва говорит: «Видели тебя в ресторане с крупным полицейским, как пояснишь?» А он и отвечает: «А почему вы думаете, нашу малину, которую знают все в городе, менты не накрывают? Почему они терпят уже четыре года? А мы ведём себя довольно шумно. А потому, что я ему заношу. А помните, ты год назад только откинулся, и тебе грев был хороший. А почему к тебе так относились? И администрация хорошо относилась. А вот потому». И вот эти люди просто не могут не сотрудничать с полицией. Не могут. Верхи организованной преступности всегда сотрудничают с полицией. Не обязательно до такой степени, как в Японии, где это просто чиновники. Но в той или иной степени сотрудничество есть. И это их предохраняет от того, чтобы самим не сидеть всю жизнь или не получить вообще высшую меру. Они расплачиваются не только деньгами, но и информацией. Если речь идёт о политических преступлениях, если речь идёт о нашумевшем каком-то деле, то министра внутренних дел обокрали. Надо найти. И находят. Каким образом? Через информаторов, скупщиков краденого. Которые все знают, что иногда надо делиться частью информации. И в этом смысле Ленин только повысил свой ранг. И человек, который ему это предложил, понимал, что он ему предлагает дело. И именно предложил, потому что отнёсся к нему уважительно. К этому времени Ленин уже имел градус серьёзный. Генеральский. А как, кстати, звали этого начальника отделения? А его звали Владимир Михайлович Пирамидов. Пирамидов развернул бурную деятельность в Петербурге и хвастался, что вся агентура у него находится в голове. Он не ведёт записи. И вот через год после общения с Владимиром Ильичом Ульяновым Пирамидов присутствовал на спуске на воду недостроенного броненосца «Александр Третий». Подул сильный ветер, и с башни там упал флагшток пятиметровый и пробил ему голову. И Пирамидов умер. Ему раскроили череп, в котором была вся агентурная информация. И раскроили на глазах царя и царицы. Вот такая грустная история.