— А вот и приду!
Я только заулыбался и покивал головой, а затем внимательно посмотрел на неё. Она чуть повернула голову.
— Что это вы меня так разглядываете? Хотите сдать жандармам?
— А есть за что? Нет, просто пришла одна идея в голову.
— Это какая же?
— А не скажу. Будете завтра хорошо себя вести на приёме, тогда и поговорим.
— Ах так! Тогда и вовсе никуда не пойду!
Я только заулыбался, да, девочка — пожар, огонь. Если попадёт не в те руки, задурят ей голову идеями о всеобщем равенстве и братстве, а там и до бомбистов недалеко. Вся проблема молодёжного террора — это то, что всё это модно, считается доблестью, шиком. С этим бороться намного сложнее, это идеология. Государству нечего предложить в ответ, что они могут дать молодёжи? Кружок кройки и шитья? Шахматы? Всё это смешно. А вот как сделать, чтобы бросание бомб и убийство чиновников перестало быть модным, это большой вопрос. И возможно, Мари можно будет использовать для этих целей, ну и не только для этих…
Я улыбнулся ещё шире и нагло подмигнул ей, одновременно положив руку на загривок Дане, как бы вытаскивая его из-за стола.
Вышли на улицу, на парня было жалко смотреть. Он, несмотря на то что был сильный и крепкий, весь как-то поник под моим взглядом. А я просто смотрел и ничего не говорил.
— Что ты там болтаешь про меня бабам?
— Андрей Алексеевич, честно, ничего такого не говорил!
— Ладно, — прервал я его, — об этом после поговорим, на тренировке. Ты помнишь, что завтра за день? Или девки совсем голову вскружили?
— Конечно помню, завтра работаем на вашей встрече, охраняем все подходы. Потом перемещаемся сюда и продолжаем уже тут.
— Ладно. Не засиживайтесь. Надеюсь, твоя Мари ничего завтра не выкинет на встрече? Что голову опустил? Вы вообще встречаетесь с ней? Или ты только вздыхаешь в сторонке?
— Да не было ничего.
— Ясно.
Я посмотрел на него с таким укором, что тот не знал, куда деваться. Надо бы устроить им курсы по пикапу. Так вроде хулиган, а как дело до баб доходит, так робеет, но это дело обычное. Многие из парней ходили за первым разом в заведения Грини, но это, на мой взгляд, ещё хуже, закрепляется дурной опыт, первый раз с проституткой легко, хотя бывает, что и тут многие робеют, теряются и не получается от волнения. Помню, два моих кореша решили так девственности лишиться, вызвали двух подруг, накатили с ними, разошлись по комнатам. Один разнервничался, что у него не встал, а другой друг с проституткой на стакан упал и проговорили всё время, до секса так и не дошло.
— Смотри, конечно, сам, но думается мне, не для тебя этот орешек.
— Да сам знаю, она из богемы, а я кто… вы когда говорили про искусство всякое, я так вообще ничего не понял.
— Вот и я про то. Крутит она тобой, играет на чувствах, поиграет да выкинет, как ненужен станешь. У неё таких воздыхателей… много в общем.
— А вы?
— Что я?
— Ну вы с ней так общались, как будто… — видно было, что у него не хватало словарного запаса описать свои чувства.
— Как будто химия была между нами?
— Да наверное, не знаю, какая химия, но что-то точно было. Понравились вы ей. — он снова опустил голову.
— Да не переживай ты, разберёмся.
— А что вы задумали про неё? Не ужто стрельбе учить будете?
— Нет, а вот дело вполне возможно подыщу ей. И другим вашим девчонкам.
— Ладно, не засиживайтесь долго, завтра всем рано вставать. Всё, давай, завтра ответственный день у тебя.
Дома меня ждала Катерина, достала остывающий ужин, пока я переодевался в домашний халат и мыл руки. Она стояла, облокотившись на комод, и мяла в руках передник, была у неё такая привычка.
Сели пить чай. Отпивая из кружки, я посмотрел на неё. Женщины всё чувствуют, и если предстоит серьёзный разговор, то они уже заранее всё знают, чуйка в этом плане у них намного развитее, мужик может до последнего ушами хлопать, ничего не понимая.
— Как дальше жить думаешь? — начал я.
— А что, гонишь меня?
— Никто тебя никуда не гонит. Но решать что-то надо.
— О чём ты? Я твоей школой заведую, там всё нормально, у Сашки тоже всё хорошо. Или ты нашёл кого-то?
— Я про то, что замуж тебе надо. А я жениться не собираюсь.
— А ты опять об этом…
— Да. И надо без эмоций поговорить, да, мы живём сейчас хорошо, но это всё так… Насчёт поддержки не переживай, школа так же на тебе, зарплата, это всё естественно останется, если сама уйти не захочешь.
— А если муж запретит заниматься? Скажет, чтобы дома сидела, супы готовила.