— Да. Эмигрантская пресса просто бурлит. Это еще они про Ульянова не знают.
— Нужно, чтобы узнали. Да узнают в любом случае. Не только у вас есть осведомители, у них тоже полно.
— Вы каждый раз такие ужасы рассказываете, я прямо не знаю, как на это реагировать. Хотя…
Чиновник устало посмотрел в окно.
— Всё так, всё так, Андрей Алексеевич. Просто я… мы… отказываемся в это верить. Вернее, мы не смотрели на ситуацию под таким углом. В Польше, во время восстания, я такого насмотрелся… да и турки.
— Хуже всего прибалты. У них реально с головой что-то не так. Они будут нашими самыми яростными врагами — буквально с людоедской жестокостью, что в Гражданскую войну, что позже. Нет у нас друзей, Виктор Вильгельмович. Никто не придёт нам на помощь. Наоборот, падающего подтолкни. Все эти международные союзы, договора — всё это чушь собачья. Просто политические игры. А в реальности мы совершенно одни. Нужно это четко понимать и выстраивать стратегию исходя из этого. Опираться только на себя.
— Полиция? Армия?
— Да, полиция прежде всего. Армия худо-бедно справится. А вот с полицией у нас беда.
Фон Валь тяжело вздохнул.
— Знаю, только как это решить — непонятно. Огромное противодействие в обществе.
— Я понимаю. Мы будем действовать постепенно, поступательно. И продавим свои интересы.
Кстати… по поводу интересов.
Он полез в портфель и достал бумаги.
— В целом всё готово, можно начинать. Я имею в виду строительство. Сейчас нужно утвердить проект. Я вас познакомлю с нашим архитектором. Согласуете с ним всё, отправите проект. Желательно это сделать в январе и всё.
— Отличные новости, благодарю. Надеюсь, за зиму отстроимся.
— Да, вы мне говорили про деревянные избы, но мы выбили для вас хорошее финансирование, так что стройтесь сразу капитально.
— Вот это подарок, Виктор Вильгельмович, благодарю!
— Что по кадрам, уже отобрали?
— Нет, отбора пока не было, рано ещё. Но все люди тут на местах. С этим проблем не будет.
— Первый поток будете тренировать лично?
— Разумеется. Там же будет и Иван — Иван Кузьмич Сычев. Помните, был с нами, документы приносил? Он сейчас моим заместителем работает.
Фон Валь сначала нахмурился, припоминая, потом вспомнил.
— Да, конечно, помню.
— Вот он сильно в инструктора просился. Посмотрим, сдюжит ли?
— Так сурово гонять будете?
— Ещё как! Поэтому беру в основном молодых да здоровых. Программа будет очень жёсткая — тяжело им будет и физически, и психологически.
— Тяжело в учении — легко в бою!
— Ну, я бы сказал, везде тяжело: и в учении, и в бою…
— Виктор Вильгельмович, есть новости по Кулагину?
— Точно! Чуть не забыл.
Фон Валь помотал головой.
— Вы знаете, Андрей Алексеевич, дело то совсем не простое. Мы чуть-чуть капнули, там такое полезло…
Я напрягся.
— Нет, Кулагин ваш чист. За него не переживайте — он там мелкая сошка, влез просто куда не следует да ещё и деньги свои требовал. Вот его и поправили. Дело мы его закрыли и полностью восстановили в правах. Но вот сама эта компания и его начальник — этот золотопромышленник, как его, Лесневский — это уже фигура.
Мы эту тему еще с вами не поднимали. Я имею в виду золотопромышленность — это чёрная дыра, бездна. Вторая такая же гигантская тема — это нефтедобыча. Не думаю, что это нам сейчас по зубам. Там такие люди и силы замешаны…
— Я представляю. Вернее, знаю.
Британцы в начале девятисотых проведут диверсию и полностью разрушат наши нефтепромыслы. А вас, Виктор Вильгельмович, отправят в Баку разгребать всё это. Но будет уже поздно.
— Вы меня просто без ножа режете. У меня скоро нервное расстройство образуется от одной мысли беседы с вами. Вы каждый раз что-то выдаёте, после чего ноги подкашиваются и жить не хочется.
— Ну, извините, я стараюсь в щадящем режиме что-то давать.
— В щадящем режиме!?
Фон Валь подскочил.
— Что же тогда нормальный режим?
— Ну вот я иногда занавесочку приоткрываю, как сегодня про Крым. А такого, поверьте мне, очень много. Вот я и выдаю дозировано. От всего этого можно сойти с ума. Постепенно вы всё узнаете. Вот вы сказали про золотопромышленников. Решил сменить я опасную тему. У меня к вам — вернее, к полиции и жандармерии — есть предложение.
— Слушаю.
Фон Валь подобрался.
— Не так давно была принята на вооружение комиссионная винтовка Мосина-Нагана.