Подошёл Игнат с какими-то молодыми военными — они были знакомы раньше. Познакомились — оказалось, это недавние выпускники, младшие офицеры Михайловского артиллерийского училища. Надо будет узнать — это реальные друзья Игната или просто привёл знакомых.
Если честно, одна из задач моего казино как раз была вгонять в долги военных, чтобы потом можно было ими манипулировать. В общем-то это классика агентурной работы. Но военные мне были нужны и по другим задачам, и выход на них я пока не мог найти, не пересекались наши пути. На этом же собрании меня мало кто знал — тем более я был в кителе городового. Для них я был никто и звать меня никак. Большая часть людей, близких моих гостей, вообще не понимала, что происходит.
Дальше собрались спортсмены — приехали люди из атлетического общества Петербурга, как тут назывались первые спортивные клубы, также из общества любителей бокса. В общем, собралась куча народу. Если честно, большую часть я вообще не знал — это были уже приглашённые приглашённых. Меня соответственно вроде как тоже никто не знал, но знали те, кому надо — периодически ловил на себе любопытные взгляды. Вроде все собрались — можно начинать.
Само казино делилось на несколько залов — это была анфилада помещений. После входной зоны начинался центральный зал с большой барной стойкой и небольшой сценой. Дальше вход в сам зал казино отделялся зелёными бархатными портьерами. В большом помещении стояли кадки с пальмами, и всё было разделено на зоны. Главной была зона рулетки — она находилась в в самом дальнем помещении, которое можно было вообще закрыть в крайнем случае. И кроме того, рулетка любит тишину. Кто играл, тот поймет. По краям стояли обтянутые сукном столы с различными карточными играми, а в самом начале, привлекая внимание, стояла новинка — настольный футбол. Что любопытно, самого футбола ещё толком не существовало, по крайней мере в России — вот и будет повод превратить малую игру в большую.
Понятно, что ситуация была странная — сам полицейский водит других полицейских по казино, это уже считай уголовное преступление. Но с учётом предыдущих обстоятельств я написал Савельеву большую докладную записку, где обосновывал не преследовать, а наоборот дать зелёный свет сему предприятию. Разумеется, официально я там был ни сном ни духом — это было предприятие Фомы, известного карточного игрока Петербурга. Но под контролем полиции — в этом была вся «фишка». То есть учреждение было не нелегальным, а, так скажем, серым, полулегальным и под присмотром полиции. Потом бы Савельев всегда мог сказать, что его ввели в заблуждение.
Дальше был зал с бильярдом — стояло несколько столов. По сути, всё это заведение было таким мужским клубом. Сцена сегодня пустовала, так как я хотел соблюсти хоть какие-то меры приличия перед нашими дамами. А так, конечно, труппа танцовщиц уже была готова. Также был решён вопрос с музыкантами — это, кстати, оказалось сложнее всего. Как таковых групп в нашем понимании ещё не существовало — самым распространённым исполнением было фортепиано и певец или певица, но это не подходило нам по стилю, да и вообще было ужасно скучно.
В итоге устроили прямо перепись талантов в лавре и нашли какого-то музыканта, который умел относительно мелодично играть на гитаре, наподобие испанской гитары. Поэтому музыкальный аккомпанемент у нас был. Учитывая, что всё это была самодеятельность, то выглядело даже прилично.
На столиках стояли бокалы с шампанским и лёгкими закусками. Сначала все разбрелись по залам, всё трогая и обсуждая. Люди сразу разбились по гендерному признаку в отдельные стайки — дамы завороженно разглядывали барную стойку, которая сверкала, светилась и переливалась сотней отражений из фрагментов зеркал, красиво подсвечивая бутылки. Андрей то и дело, готовил им разные коктейли. За которыми уже выстроилась очередь.
Перед открытием я морщил мозг, вспоминая рецепты коктейлей, потом понял, что их ещё и не открыли. Ну да ничего — будет чем удивить гостей.
Я сделал жест Фоме, и тот постучал вилкой по бокалу, привлекая внимание. По плану начинать должен был Фома. Забавно вспомнить, но мы с ним отрабатывали и репетировали его речь, так как он дико тушевался, пытался сбежать и вообще всячески саботировал своё выступление. Но от меня не сбежишь. Ему ещё никогда не приходилось выступать перед таким количеством людей и дам из чистой публики, хотя уже доводилось толкать речи перед жителями лавры, которых иногда собирали по разным поводам. Я ему объяснял, что красноречие — это сейчас его главный инструмент вора. А ну как доведётся в суде оправдываться? Никакие навыки лишними не бывают.