— Ну так, это… он же подвёл, заварил всю эту кашу со старыми ворами?
— Это тебе кто? — мои нукеры растрепали? Языки им надо булавкой приколоть, чтобы меньше трепались.
Я внимательно посмотрел на Прокопа.
— Фома виноват лишь в том, что меня в курс не поставил, но и в этом его винить нельзя — он всё правильно сделал, что сам кашу заварил, сам и пошёл расхлёбывать. Другое дело, что не соизмерил силы — видно, не думал, что его там сразу потрошить начнут. Ещё он не понял, что этих хмырей специально подвели.
— Специально?
— Разумеется. Сначала они прижились тут, вынюхивали, про меня расспрашивали.
— А ограбление инкассаторов?
— Вот тут уже интереснее — мне кажется, это эксцесс исполнителя.
— Что это?
— Думаю, что им было поручено наблюдение, но воры-уголовники — народ необязательный, слабо контролируемый. Вероятно, подвернулась возможность грабануть — они и сделали. Тем самым нарушили замысел кураторов.
— Получилось выйти на главных?
— Живьём тех брать было нельзя — иначе бы они в полиции трепаться стали про наши дела. А эти ничего не знают — так, прихвостни, шестёрки. Что по поводу кураторов… помнишь, когда мы Лорда брали, мы и все его бумаги прихватили, да и он успел многое рассказать. В целом я знаю, кто за этим стоит, но смысла сдёргивать их с доски сейчас нет — только навредим и засветимся. Всерьёз же за нас возьмутся после нашего большого скачка. Мы сами на обострение пойдём.
— Так может, погодить с делом? Я, конечно, не влезаю в ваши дела.
— Не менжуйся — мы нормально говорим, так что расслабься. Ты пока просто не понимаешь, какая игра идёт и какие силы во всём этом замешаны — постепенно всё узнаешь. Но имей в виду уже сейчас, что это большая война — всех против всех. И я пытаюсь создать какое-то сообщество, которое стало бы для вас своими, понимаешь?
— Конечно. Если бы вы не убрали Лорда и Скобаря, тут всё прахом бы пошло — все наши бы сгинули. Всего полгода, как вы тут, а жизнь перевернулась — все сыты, одеты, обуты, при деньгах.
— И на свободе.
— И на свободе. Знаете, как вас тут все называют?
— Как?
— Все за глаза хозяином зовут.
Парень провёл себе рукой по русым волосам, поджал губы, как бы раздумывая — спросить или нет.
— Что сиськи мнёшь? Про меня хочешь разузнать? — я ухмыльнулся. — Не надо тебе этого знать — а ну как завтра тебя очередной Лорд прихватит и ноги в костёр сунет? Как ты запоёшь?
— Так я это…
— Что это? — Я чуть наклонился к нему.
— Ничего я не скажу.
— Тебя пытали когда-нибудь?
— Нет…
— Ну вот, ты всё расскажешь, всех сдашь. Вот об этом прямо сейчас поговорим. Потом ты уже со своими это обсудишь. Это важный вопрос. Ты пойми — если тебя начнут пытать, я имею в виду не просто бить, а пытать по-серьёзному, ты расскажешь абсолютно всё. У меня, вот, например, все говорят.
Я внимательно посмотрел на него.
— Поэтому нужно всегда быть к этому готовым. Если начали пытать — нужно сливать информацию постепенно, пока ещё в сознании и можешь терпеть. Часть правды, часть дезинформации. Если начнёшь врать — это сразу заметят и только усилят напор. Именно поэтому каждый тут владеет информацией в части, его касающейся. Понимаешь? Так же и твои старшие парни тоже должны получать от тебя информацию дозированно — всегда помни, что любого из них могут схватить и вытащить из них всё. Если это не поможет — захватят мать, сестру, детей и начнут пытать на глазах. Все расколятся. Вот так вот — хотя что я тебе говорю, сам с Фомой работал до меня, должен знать.
Парень совсем сник.
— А чтобы ты понял, о чём я говорю, собери сегодня всех старших и приходи вечером сюда.
Прокоп ушёл очень задумчивый. Я вздохнул, покрутил в руках спичечный коробок — хотя какой коробок, целый короб. Я ещё застал, когда коробки были из фанеры. Вот и тут был целый коробище. Да, надо брать парня в оборот и выводить его полностью в другую сферу, отделить от уголовников, даже физически развести их полностью по разным углам. Особенно молодых — они ведь как губка впитывают. Хороший пример — дети, выросшие в ГУЛАГе в бараках блатных: это полностью конченые — даже уже не люди, а инфернальные существа. Ладно, мне самому предстоит вырастить поколение инфернальных существ. Главное сейчас — удачно захватить этот чёртов британский завод. Даже это не главное — захватить это одно, а удержать совсем другое. Нужно, чтобы документы были в порядке — надеюсь, Аристарх не подведёт, повезло мне с ним. А ещё боюсь, что начнут бриты потом давить по линии МИДа — вонь поднимут. Прикормленных журналистов боюсь, что не хватит противостоять накату. Нужно ещё до скачка, хлопнуть какую-нибудь эсеровскую типографию — только не самим, а привлечь полицию, и через это дело отжать её под себя, чтобы уже быть готовыми и сразу после событий начать публиковать газету.