— Я с вами не шутки шучу, я тут нахожусь совершенно официально, да ещё и хочу вам же и помочь, — раздраженно сказал человек, — вас ведь, — не меня! А именно вас, убить хотят! А вы тут паяца изображаете!
— Раз вы такой хорошо информированный человек, Юрий Владимирович, парировал Сергеич, прочитав удостоверение, — должны знать что я — говорю по буквам — н-е-в-м-е-н-я-е-м-ы-й, и нахожусь под постоянным медицинским наблюдением. Вот мои доктора, — он указал на Прокопеню с Алом, — Ни водить, ни иметь автомобиль я не могу. А вот вы на доктора, как-то мало похожи, и есть ли у вас разрешение на наблюдение за мной, моим попечителем, этим домом или автомобилем, оформленное в прокуратуре, — поинтересуюсь всенепременнейше. И если нет — руководству вашему официально отпишу… Силами адвокатов, разумеется!
— Грамотный слишком для невменяемого! — не смог удержаться и сохранить официальный стиль общения Юрий Владимирович.
Головатин не стал уподобляться своему оппоненту и вступать в бытовою дискуссию, а с поистине самурайской выдержкой сел в подъехавший джип, совершенно такой же, как тот, что стоял на противоположной стороне улицы. Его примеру последовали Игорь Николаевич с Алом.
Джип проехал уже несколько метров, когда Сергеич неожиданно открыл дверцу, высунулся и звонко крикнул совершенно опешившему от неожиданности Юрию Владимировичу:
— Хотя я и не вменяемый, но членораздельную речь все ещё понимаю, и если хотите общаться не официально — заглядывайте вечерком, часиков в девять десять в «Стервятник»…
Прокопене это фраза внушила большей оптимизм — «Стервятник» по всей вероятности ресторан, а значит, у него существует надежда все-таки, хотя бы поздно вечером, но поесть!
В джипе Сергеич немедленно извлек из-за пояса потрепанную «Городскую магию», начал быстро листать, потом остановился на одной из страниц, прочел её внимательно, и попросил водителя тормознуть у ближайшего свежевскопанного газона. На газоне он набрал в обе руки по горсти земли, и ту, что была в левой руке, сразу же перебросил через левое плечо, пробормотав что-то себе под нос. Второю порцию он аккуратно высыпал на асфальт, плюнул, наступил на землю каблуком левой же ноги, а затем несколько раз повернулся через левое плечо, стоя на одной ноге. После чего удовлетворенно стряхнул с рук остатки чернозема и, впрыгнув в машину, и объявил:
— Сегодня, ещё до наступления полуночи мы изловим эту тварь! Это очень сильный и действенный обряд от нечисти и упырей.
Прокопеня уточнил:
— Кого изловим? Бабушку Дарью? В смысле Ростиславцева? Ведь, если я правильно понимаю — Ростиславцев и Дарья Викентьевна — суть одно и тоже лицо, которое вернулось в Н — ск в поисках той самой китайской шкатулочки….
Сергеич задумался на несколько минут:
— Не знаю. Я это не вижу как человека. Какой-то темный энергетический сгусток. Просто тварь! У неё нет ни души, ни мыслей, ни ауры… Тем более, эта тварь нагло жрет мой астрал!
Пропопеня исподтишка снова взглянул на Ала, сейчас он серьезно сомневался в нормальности Сергеича, и сильно сожалел о том, что кассеты с его бредом, которые он раздобыл в психиатрической больнице, остались в заминированном не понятно кем и зачем джипе. Но Ал, похоже, совершенно не был смущен последней фразой Головатина.
«Городскую магию» все-таки следует прочесть, эта книга содержит массу секретов и действительно наделяет своих благодарных читателей паро-нормальными возможностями. Например, изготавливать клонов… — вот о чем подумал Прокопеня, вернувшись в конференц-зал гостиницы. Действительно, иных объяснений того факта, что на месте Сергеича за длинным столом седел точно такой же Сергеич — во всяком случае, внешне — белобрысый взъерошенный субъект, с такими же как у самого Головатина, обращенными куда-то во внутрь, хрустальными глазами, и уверенно щелкал по клавишам принадлежащего Алу ноутбука, Игорь Николаевич, не видел…
Единственным отличием клона от оригинала был возраст. Субъекту на вид было лет семь или восемь…
— Кто позволил ему использовать мой ноутбук — возмутился Ал поведением малютки.
— Никто, — тут никого не было, — бойко ответил клон.
— Это — Данила, мой брат, — внес ясность в ситуацию Сергеич, и потянулся за телефоном.
— У тебя есть брат? — удивился Ал.
— Пока что есть, но вот дозвонюсь маме, и видимо, останусь единственным ребенком… Она сильно удивится, что наш малолетний гений сбежал из Англии домой.
— Я не сбегал, — независимо пожал плечами Данила, — они меня сами сюда отправили. До конца суда. Под родительскую опеку это называется. Понял? — он пододвинул Сергеичу пачку каких-то документов.