Первый подъезд от дороги. Оказалось, дорога подходит с другой стороны и мы пошли через двор по расчищенной дорожке между шапками сугробов на клумбах. В подъезде горела слабенькая лампочка, воняло кошками и бог знает чем еще.
— Что дальше? — спросил Андрей.
Я вчиталась в заключительную фразу.
— То ли второй, то ли третий этаж. Зеленая дверь.
На втором этаже зеленых дверей не оказалось, на третьем тоже.
— Дальтоник он, что ли? — разозлилась я.
— Может, не тот подъезд?
— Или не тот дом.
— Давай постучим и спросим.
— И что спросим? Не видел ли кто зеленую дверь?
— Где живет проститутка…
Я упрямо полезла на четвертый этаж и здесь улыбнулась удача: одна из дверей была обшита дерматином болотного цвета. Я позвонила, не дождалась реакции, и позвонила опять, прижавшись ухом к двери. Трель резко прозвучала в квартире.
— Стой, — вдруг сказал Андрей. — Тебе надо туда попасть?
— Неплохо бы.
— Дверь-то деревянная, — он наклонился, разглядывая замок.
— И что? — разозлилась я.
— Можно подсунуть что-нибудь тонкое и прочное. Например, — Андрей пошарил в карманах и достал раскладной нож. — Вот это. И отжать. Тем более что она туда-сюда ходит, — он потряс дверь.
— А если увидят?
— Плевать.
Андрей прижал дверь плечом и сунул лезвие между косяком и защелкой.
— Думаешь, получится?
— А почему нет, если замок поношенный? Готово! — с хрустом замок провернулся, и Андрей потянул дверь на себя, мы встретились взглядами. — У меня давно такой же стоял.
Я застыла ни жива, ни мертва, мне казалось, что на нас сейчас налетят рассерженные владельцы и их соседи.
— Эй, хозяева! — позвал Андрей заглядывая в прихожую. — Нет никого? А у вас дверь открыта!
— Да хватит уже!
Я протолкнула его в квартиру и зашла следом, тихо прикрыв за собой.
Первое что удивило — холод. Второе — отсутствие вещей.
В маленькой пыльной прихожей в углу стояла пустая вешалка. Отсюда было видно кухню, я заглянула: в углу стоял неподключенный холодильник, рядом плита, но газ перекрыт. Даже стола нет, в приоткрытом навесном шкафчике ни посуды, ни продуктов. Окно распахнуто, будто на улице лето. Скоро стемнеет: начали сгущаться сумерки.
— Да, брать тут нечего, — в кухню заглянул Андрей. — Пойду, погляжу в комнате.
— Давай, — пробормотала я, недоуменно оглядывая кухню. — Только свет не включай.
Квартира нежилая, это ясно. Наверное, сдается внаем, а сейчас ждет жильца. Только куда делись вещи? Убитая успела съехать? Надо посмотреть комнату.
Я вышла из кухни, немного удивившись тишине — Андрей осматривался без комментариев. На широком окне не задернуты шторы и начинающийся закат чуть подкрасил стены в теплые тона. Здесь тоже очень холодно.
Андрей стоял рядом с кроватью. Он оглянулся, глаза стали темнее, с лица исчезло веселье.
— Ты чего? — почему-то шепотом спросила я.
Он молча показал на кровать и приложил палец к губам. «Тихо». То, что его испугало, скрыла от меня высокая спинка кровати. Я сделала несколько быстрых шагов, чтобы скорее увидеть что там.
Первым делом я заметила длинные рыжие волосы и краешек бледной руки. У меня чуть не подкосились ноги, я вцепилась в Андрея и шепнула:
— Валим!..
Он осторожно прикрыл мне рот ладонью.
А я смотрела на молочную кожу девушки и россыпь веснушек на носу. Очень знакомое лицо. Голубые глаза смотрели на меня в упор. На полу валялась помятая кепка.
— Тихо, — прошептал Андрей на ухо. — Она мертвая.
Глава 13
Комнату все больше скрадывали сумерки, все стало серым, кроме волос Маринки. Она смотрела на меня и, казалось, улыбалась. Даже после смерти Марина не хотела быть в тягость. Осколок солнца в нашей группе. Вот и встретились, вот и поговорили.
— Ее искала? — спросил Андрей.
— Нет. Ее не должно здесь быть, — я провела руками по карманам куртки, разыскивая телефон. Срочно нужно позвонить.
Не обращая внимания на Андрея, я набрала номер Никиты. Наверное, в моем голосе что-то изменилось, потому что от одного «Алло» он напрягся.
— Что случилось?
— Я нашла квартиру.
— И что? Что там?
— Тут… проблема.
Я отвернулась от «проблемы», встав к дивану спиной. Так намного проще.
— Что там?
— Убитая девушка, — вздохнула я.
— Такая же? С укусами? — голос был приглушенным, но все равно мне казалось, что он кричит в трубку.