— Охотника на дверях?
— Можно. Только он тоже у нас недавно.
— Мне нужно знать, была она охотницей или нет.
— Оставьте фотографию, — пожала барменша плечами. — Я поспрашиваю.
— Это исключено. Второй вопрос, — я спрятала фотографии обратно в сумку. — Ты знаешь Лазаря?
— Лазарь, Лазарь, — пощелкала она пальцами, делая вид, что вспоминает. Судя по чертенятам в глазах, еще как знает. — А, вы имеете в виду охотника из приезжих! Лидер группы, да? Слышала, но здесь его нет.
— А откуда слышала?
— Ну, я же не первый год…
— Меня интересует девушка из его группы. Она должна была прийти…
— А! — перебила охотница и улыбнулась открытой искренней улыбкой. — Кармен? Приходила!
Я поперхнулась, с трудом справившись с выражения лица.
— Когда?!
— Так, минутку, — охотница деловито загибала пальцы, считая про себя. — Выходит неделю назад. Точно не скажу, но примерно.
— С чего ты взяла, что это Кармен? Как ты ее узнала? — говорить о себе в третьем лице было странно, как будто я внезапно помешалась.
— Ну, ее сложно не узнать. Приятная девушка. Завалилась — и сразу в центре внимания. Словно солнышко заглянуло…
Это она про Маринку, вдруг поняла я. Это она такая, а не я — словно солнышко заглянуло. Она всегда в центре внимания, как новогодняя елка, вокруг которой так и тянет поводить хороводы. Хохотушка, вроде и нет в ней ничего, а люди тянутся, пытаются угодить… Ее даже женщины не ненавидели, хотя охотницы в одной компании — всегда клубок змей.
— …Интересная, вроде знает всех — и с этим поздоровается, и с тем посидит, и с третьим еще попляшет. Заказывала шампанское. Сказала, что Кармен зовут. Здорово, да?
«Убили ее», чуть было не ляпнула я, но вовремя сдержалась.
— Имя еще редкое… — продолжала заливаться она соловьем.
— Это не имя. Это прозвище, — вставила я.
Мне нужно слегка прийти в себя. Такое чувство, будто снится кошмар. Маринка ходила в бар и представлялась моей кличкой. Она совсем сбрендила?!
— Часто она приходила?
— Сначала каждый день, потом пропала. Как и все мы, — вздохнула она. — Люди приходят и уходят…
— Одна?
— Одна. Приходила одна, но сама понимаешь, Кармен девка видная, без внимания не останется, — барменша почему-то хихикнула, а я вздрогнула, подумав, что обращаются ко мне. — Уходила она не всегда одна.
— С кем уходила? — резко спросила я.
— С нашими, конечно… Всегда с разными.
— Здесь они есть?
Барменша перегнулась через стойку, внимательно глядя в зал, прищурилась на дальний столик.
— Плохо видно… Нет, вроде.
— Я оставлю тебе свой номер, и если кто-то из ее парней появится, тут же звони. В любое время, — добавила я.
Охотница записала, повторила цифры вслух и когда я подтвердила, что все верно, убрала телефон в карман джинсов.
— Чем она здесь занималась?
— Развлекалась, а что не видела, то говорить не стану.
— В смысле?
— Может, она еще что делала, но я не видела.
Охотница намекала, что бывшая подруга никого не пыталась нанять.
Зачем Маринка представлялась моим именем? Чушь какая-то. Хотела выдать себя за меня? Ну и бред. И ее, и меня тут знали раньше, но как вижу, в баре случились кадровые перестановки. Появились новые люди, наверняка и свои герои, как Маринка, и такие отщепенцы, как я. А мы, если можно так выразиться, ушли в прошлое. Люди приходят и уходят, как сказала барменша.
Она наклонилась через стойку и заговорчески ухмыльнулась, словно мы стали подружками. Для охотниц нормальный подход, здесь связями обрастаешь быстро.
— Твоего приятеля совсем развезло… Я бы с ним ночь проводить не стала, если понимаешь о чем я.
Я ни черта не поняла и оглянулась. Андрей сидел ко мне спиной, сгорбившись за столиком. Вино вроде допил.
— Чего? — спросила я.
— Видно, что мучается, — пояснила она. — Ты ему купи бутылку, может, дотянет до утра. У нас совсем пусто, ничем помочь не могу.
— Ты о чем?
— У него же ломка? — нахмурилась охотница. — Дефицит кровяных телец?
Мне стало невыносимо жарко в пуховике, но спина почему-то покрылась холодным потом. Я вернулась к столику и остановилась напротив Андрея.
— Сними очки, — попросила я.
— У меня глаза болят, — спокойно ответил он.
Я не выдержала, сняла сама и наклонилась, словно собиралась поцеловать. Оба зрачка почти целиком заполнили радужку. Несколько часов назад он был под дозой — сейчас еще держится, но уже на пороге ломки.