— Такой маленький? — засмеялась Диана.
У Олега зазвонил смартфон. Он глянул на экран — Вадим. Ну, этому он был всегда рад.
— Алло? — прижал он трубку к уху.
— Привет, — послышался глуховатый, веселый голос Верховцева. — Что сегодня делаешь?
— Работаю.
— Не хочешь вечером пересечься?
— Вообще… — Олег замялся, глядя на Диану, — не знаю.
— Я угощаю, — сказал Вадим.
— Что за повод?
— Получил гонорар. Надо бы обмыть. Что скажешь?
— А давай! — согласился Дольников. — Где?
— На Карла Маркса, у книжного, где обычно.
— Раньше семи я вряд ли смогу…
— Раньше и не надо, — успокоил Верховцев. — Давай, подгребай, я подожду, если что.
Диана вдруг выпрямилась и сделала умоляющее лицо.
— И меня! — прошептала она.
Дольников секунду помедлил, глядя на нее.
Диана согнула руки перед грудью наподобие лапок, изобразила щенячьи глазки: брови домиком и горестные морщинки на переносице.
Олег беззвучно засмеялся, глядя на нее, и замотал головой: нет!
— Чего ты там пыхтишь? — спросил его Верховцев.
Диана указательным пальцем показала, что у нее по щекам текут слезы, и прикусила край нижней губы.
— Тут это… — сказал Олег, поглядывая на Диану. — Что, если я буду не один?
Диана высунула язык изо рта и закивала, часто дыша. Олег, сдерживая смех, прикрыл ладонью трубку.
— Ну и отлично, — сразу обо всем догадался Вадим. — Наконец познакомишь меня со своей красавицей.
— Ладно, — сказал Олег, уже начиная жалеть, что согласился. — До встречи.
— Ага, — отозвался Верховцев, давая отбой.
Олег с укором посмотрел на Диану:
— Тебе только хвостика не хватает.
— Куда мы идем? — спросила она, пропустив мимо ушей его недовольство.
— На встречу с одним человеком.
— С каким? С Верховцевым?
— С ним, — буркнул Олег.
Вадим был его другом еще по учебе в университете. Став успешным писателем и совладельцем издательства, он не переставал поддерживать дружеские отношения с Дольниковым. Более того, давал ключи от принадлежавшей ему пустующей квартиры, где у Олега с Дианой проходили короткие дневные свидания, — оставаться там на ночь Дольников пока не решался. Но он был должником Вадима, и тот давно хотел посмотреть на его пассию. Он так и говорил: «пассия», делая вид, что не замечает, как Олега коробит это слово. В свою очередь, Диана, зная о том, что их благодетель — писатель, горела желанием познакомиться с ним, и рано или поздно эта встреча должна была состояться. Но все равно Олег ощущал тревогу — Верховцев был хищником по натуре, он нравился женщинам и многих сделал несчастными.
— Когда у тебя рейд с гаишниками? — спросил Олег, взяв рабочий тон, которым ему легче всего было разговаривать с Дианой.
— Завтра, с утра, — ответила она, явно думая о чем-то другом.
— Да, завтра, — кивнул Дольников. — Но сегодня после обеда ты должна исчезнуть из редакции. Иначе шеф из меня отбивную сделает.
— Я могу взять интервью у участкового, — сказала Диана, начиная, наконец, внимать ему. — Я звонила, он ждет в любое время.
— Отлично, — кивнул Олег. — Этим и займешься. Иди, звони, договаривайся.
Диана поднялась, но вместо того, чтобы направиться к двери, внезапно обогнула стол и обняла сидящего на стуле Дольникова за шею.
— Как я соскучилась!
Ее губы щекотали ему ухо, и он попытался вырваться.
— Могут войти!
— Пусть входят, — промурлыкала Диана, — подумаешь.
— Но Диана, я же тебя просил, не здесь…
Ее грудь прижималась к его плечу, от нее так оглушительно пахло горьковато-сладкими духами, что голова у Олега медленно закружилась, а рука сама собой потянулась, чтобы обнять ее за талию.
Но тут дверь кабинета открылась, и вошел Коля Рябоконь, ответственный секретарь, полный лохматый человек, всю жизнь проработавший в редакции и не представляющий своей жизни вне ее стен.
Диана отодвинулась от Олега, впрочем, не очень поспешно, и сделала вид, что показывает ему что-то в рукописи, лежащей на столе. Олег тоже отдернул руку и уставился в бумаги, слепо марая в них ручкой.
— А, Дианка! — воскликнул Рябоконь, надвигаясь на нее широким, объемистым в талии телом. — С тобой мы еще не виделись. Иди-ка сюда!
Не обращая внимания на Олега, он обхватил Диану большими, короткопалыми руками и прижал к себе. Это было главное, помимо тихого пьянства, развлечение Коли: ловить молодых сотрудниц и обнимать их в знак приветствия. От него зависело, как быстро выйдет материал, и редакционные девушки молча терпели эти нападения, тем более дальше этого поползновения Коли не шли. Он был безобиден, как евнух, и дожил до пятидесяти лет, едва ли изведав хоть сколько-нибудь значимые сексуальные переживания. И все же Олегу было неприятно, что он так откровенно оглаживает и охлопывает Диану в его присутствии. Мог бы вести себя более сдержанно, догадываясь, конечно, о тех отношениях, которые связывали заместителя редактора и бывшую практикантку.