— Так надо! — и быстро представил женщин друг другу: — Света, знакомься, это Смеяна. Смеяна, это Света, моя жена.
И сам удивился своему спокойствию. Как будто решил: подумаешь, уши так уши… Под свободной юбкой в пол наверняка и хвосты прятались. Так ли это важно, когда они на дух салата оливье охоту открыли? Света посмотрела на него странно, но ничего спрашивать не стала. А Смеяна уверенно, будто уже много раз их навещала, прошла на кухню и объявила тоном врача, явившегося руководить сложной операцией:
— Показывайте.
— Что показывать? — шёпотом спросила Света у Антона, и он так же тихо ответил:
— Оливье.
Света кивнула, прошла на кухню и продемонстрировала Смеяне кастрюлю с нарезанной заготовкой:
— Вот. Только тут горошка нет, а…
— Прекрасно! — оценила Смеяна и кивнула Антону: — Приступай.
Потом она отступила в угол и оттащила с собой Свету, взяв её за локоть. Света не сопротивлялась. Антон вздохнул. Просто горошка купить хотел, а теперь у него на кухне командует незнакомка с лисьими ушами. И в какой момент жизнь в такой бардак превратилась?
Но отступать было уже поздно. Одной рукой обняв кастрюлю с недоделанным салатом, второй он взял со столаложку, от души зачерпнул заготовку и сунул её в рот. Прожевал, закатил глаза и громогласно объявил:
— Какая вкуснота! Прелесть! Изумительно!
Света кашлянула и предложила тихо, будто смирилась с безумием:
— Может, хоть посолишь?
Антон не вышел из роли:
— Ты что, Света! Без соли ещё лучше! И без майонеза! И, главное, без горошка!
Он сунул в рот вторую ложку, прожевал, проглотил, и тут же добавил ещё одну. Закатил глаза, всем телом трясясь от экстаза, и крикнул басом:
— Вот это я понимаю! Настоящий оливье! Ещё бы яблочка покрошить и…
— Да вы с ума сошли!
Тонкий голос непонятным образом перекрыл и крики Антона, и испуганный визг Светы. Ушастую Смеяну она как-то ещё смогла переварить, а вот что посреди их кухни прямо из воздуха явится похожий на шарик коротышка, оказалось для неё перебором. Дух салата поднял сжатые кулаки и выкрикнул так громко, что задрожали стёкла в окнах:
— Это вообще, никоим образом, ни разу в жизни, ни на грамм не салат оливье! Это… Это…
Он замолк, не в силах подобрать слова, и тут в себя пришла Смеяна. Издав боевой клич, она ринулась вперёд и вцепилась в толстяка руками и ногами. Тот завертелся волчком, пытаясь сбросить противницу на пол. Смеяна только крепче сжала объятия и завыла:
— Да помогите же!
Первой среагировала, как ни странно, Света. Она подскочила к толстяку и от души хлопнула его ладонью по макушке. Дух оливье замер, тяжело дыша и наливаясь таким неправдоподобно ярким цветом, что через пару секунд стал похож на новогодний ёлочный шарик. И с каждым вдохом он раздувался всё больше и больше, потихоньку отодвигая в сторону стол массивным животом. И в тот миг, когда Антон понял, что добром это не кончиться, Света произнесла веско:
— Не смейте так себя вести на нашей кухне! Что вы себе позволяете?! Оливье, не оливье… Вы в гостях!
И дух оливье сдулся. Будто воздушный шарик проткнули. Как-то разом обмяк, скукожился, и даже помог Смеяне слезть со своего загривка, галантно придержав её за руку. Потом потоптался и спросил робко, указывая на табуретку:
— Можно я присяду?
Света одёрнула футболку, подняла руку с угрожающе выставленным указательным пальцем… и тоже ответила тихо:
— Пожалуйста.
И сама села. Антон и Смеяна, переглянувшись, тоже устроились за столом. Дух оливье поковырял пальцем скатерть. Потом посмотрел на всех троих по очереди, снова опустил взгляд и буркнул:
— Горошек всё равно не отдам. И Смеяне не позволю. Вот.
— Да вы хоть объясните, что случилось! — взмолился Антон.
И Света охотно поддержала:
— Я вот вообще не понимаю, что происходит! Антон, кто эти люди?
— Мы не люди. — так же глядя в стол, отозвался дух оливье. — Мы — духи. Она вот, предательница — лиса. — он махнул рукой в сторону Смеяны, потом ткнул себя пальцем в грудь: — А я — оливье.
— Дух оливье? — уточнила Света. — Салата?
— Именно.
Антон заметил, как у Светы чуть дёрнулся глаз, но она быстро поднялась на ноги и пошла к чайнику, сделав из услышанного неожиданный вывод:
— Значит, надо попить чаю.
— Да вы послушайте… — проговорил дух салата, водя руками по нарядной скатерти с ёлками и оленями. — Я ведь… Ну вы тоже поймите, ну невозможно же! Ну как так-то?!
— Ты толком рассказывай. — подсказала Смеяна. — А мы понимать будем. Ага?
И дух оливье печально кивнул: