- Нет, я все время был с тобой, - соврал я и понял, что поспать уже не получится….
На следующий день я привёз к ней свою зубную щетку, смену белья и ночную старую футболку. Была мысль привезти и тапочки, но это действие мне показалось пошлым и мещанским.
С ней было просто. Она умела слушать, она даже задавала правильные уточняющие вопросы к моим басням про детство, училище и флот, о друзьях, путешествиях и мечтах.
«Пиздунский ящик» работал как вечный горшочек с кашей. Но, настало время, когда и он устал))))
Задавал вопросы и я, и один из них угодил в десяточку, в самое что ни на есть яблочко!
- А почему у тебя так много колечек? На всех пальцах и даже не по одному?
- О!!! Это не простой вопрос! Это вопрос, на который не так просто ответить. За каждым из этих колечек- своя, как правило, непростая история и память, в том числе и память тела.
- Расскажи!
- Ревновать не будешь? Ведь все эти истории связаны с мужчинами, и они не всегда весёлые, а точнее всегда чуть грустные. Ты действительно хочешь их услышать?
- Да.
- Точно?
- Точно!
- Хорошо, но давай не сегодня….. может завтра….
И мы опять обнялись под мигание телевизора включенного на канале МузТВ.
2. Фома
Прошло пару дней с этого первого разговора и я позволил себе вернуться к нему опять. Настойчиво. Проявляя крайнюю заинтересованность. И она согласилась….
-Вот это самое маленькое колечко было первым. Его мне подарила бабушка на последний школьный звонок. Маму лишили родительских прав, когда мне было одиннадцать лет. Папа, после этого, окончательно запретил мне встречаться с ней. Но я встречалась.
Так что вместо мамы у меня была бабушка. В основном я жила с ней в вот этой самой квартире. А когда папа приезжал из рейса, я могла поехать к нему в нашу квартиру в Купчино.
Мне нравился запах, исходивший от моего папы. Работая проводником в поезде, он имел стойкий аромат кофе и титана, топящегося углём, …. Для меня это был запах железной дороги, с легкой примесью креозота или какой-то другой смазки… Запах путешествий….
Ну да, про колечко. Несмотря на то, что подарила мне его бабушка, я связала со своим первым мужчиной. Да каким там мужчиной…. С парнем на два года старше меня, но не смотря на небольшую разницу в возрасте, он, в отличие от меня был уже совершеннолетним и мог позволить себе выпивать прямо на улице. Особенно вкусно, если можно так сказать, у него получалось пить пиво из стеклянных бутылок, сидя на спинке скамейки у соседней парадной, где собственно и проживал.
Я не была членом его тусовки. Я была скромной бабушкиной внучкой в простой одежде и без карманных денег.
А я не пила совсем, то есть вообще. О спиртных напитках я даже не хотела думать, так-как наблюдала в течении нескольких лет, как спивается мама…. Да мне и никто их и не предлагал. Я не вписалась в новом классе в компанию крутых лиговских подростков, ну а дружить с отверженными и примкнуть к их сословию мне тоже не хотелось. Так я и зависла, между небом и землей.
Но в этот день все было чуть не так. Спиртное, несомненно сближает людей. Не уверена, что одно совместное распитие помогает найти общие интересы. Интересы у каждого остаются свои. Но вот какие-то эмоциональные границы несомненно исчезают. После двух коктейлей «Яги», с моей стороны исчезла нерешительность, а со стороны Фомы, или точнее Фомки, как его все называли, появилась заинтересованность.
Да, переодевшись дома из школьной формы в свой выходной комплект одежды, я с соседкой из параллельного и тоже выпускного класса, вхожей в дворовую компанию, все же перелезла через забор детского садика, умудрившись при этом порвать себе колготки. В белой блузке, одетой «в пику» бабушке на голое тело и в этих злосчастных рваны колготках, по моему, я выглядела очень сексуально. Добавь к этому блядский блеск в глазах от банки Ягуара, точнее в каждом отдельно взятом глазу, и картина маслом завершена.
Эти же вечером мной овладели на широком и пыльном подоконнике старой Лиговской парадной, между пятым этажом и чердаком. Мне было больно, и не только от проникновения, но и от того, что-то копчик долго елозил по этому неровному, шершавому, много раз крашенному подоконнику. Но я терпела. И если боль от первого секса прошла через два дня, то копчик болел почти месяц. Больше с Фомкой у меня ничего не было. У него была своя постоянная девушка, пившая вместе с ним пиво на скамейке и протирающая подоконники чаще, да скорее всего и лучше, чем я. А ещё на ней всегда были дорогие шмотки и цветная татуировка на предплечье, перья или листья которой заканчивались на шее у самого уха. Куда мне было до неё…