– Что-то беспокоит? – спрашивает Чаквас.
– Холодно. Еще голова раскалывается… Как будто получила несколько целительных хедшотов. – Шепард трет затылок. – Сколько… я… – пытается задать вопрос она.
– Около десяти часов, – отвечает Чаквас.
Шепард вздыхает, опять пытается осмотреть лазарет. Ей кажется, что прошла целая вечность. Взгляд останавливается на Гаррусе. Она замечает кровь на рукаве и животе Гарруса. На его черном костюме пятна кажутся черными. На секунду ей кажется, что это его кровь. «О Боже! Я его убила!» Она заметно вздрагивает, сжимает простынь руками.
– Это твоя кровь, – говорит Гаррус. «Он выглядит убитым» – с печалью думает Шепард.
– Моя? – Шепард только сейчас с удивлением замечает, что ее правое плечо перевязано панацелиновым бинтом.
– Плечо?! Вы серьезно?! – спрашивает она. Выстрел в плечо вряд ли мог ее когда-нибудь остановить, даже безоружную. Ей хочется пошутить, что кто-то очень плохой стрелок, но она замечает панацелиновый пластырь на виске Джек.
– О Боже! Джек! – вздыхая, Шепард опускает голову вниз. Но только на пару мгновений.
– Ничего, царапина. Ты очень медлительный стрелок, Шепард, – ухмыляется Джек.
– Надеюсь, никто больше не пострадал?
– Никто.
«Как дошло до того, что я стала стрелять в своих? Как я это допустила? Какой эгоисткой я стала, попросив их об услуге стрелять мне в голову. Попросив их об этом, я сделала их мишенью. Никто из них не будет даже пытаться попасть мне в голову. Они не хотят навредить мне. Они должны держать меня в тюрьме, а не в лазарете». Она зла на себя за то, что она натворила. Ей становится стыдно за свои действия.
– Как это вышло? – глухо спрашивает она.
– Что последнее ты помнишь? – спрашивает Кайден.
– Мы собрались у меня в каюте с Мирандой и Соланой. В качестве охранников были Заид и Грюнт.
– Что там делали Миранда и Солана?
– Не важно. Нам нужно было кое-что обсудить. Снимки моих имплантов, – отвечая, Шепард отворачивает голову от Кайдена.
– Что конкретно?
– Не важно. Кайден, это допрос? – Шепард, собравшись, повернулась к Кайдену. Она смотрела ему прямо в глаза.
– Отстань от нее! Просто Грюнт и Заид не справились со своей задачей, а кое-кто допустил Миранду на корабль, – рыкнул Гаррус.
– Шепард нужно отдохнуть, – вклинилась Чаквас. – Прошу всех на выход. Шепард останется здесь. Под датчиками.
Шепард этому не противостояла.
– Я надеюсь, там нет ничего снотворного? – спросила Шепард у Чаквас. Та отрицательно покачала головой.
– Я останусь здесь, – сказал Гаррус. – Будем меняться с Грюнтом, Джек, Заидом, Самарой и Явиком. Как минимум, по трое.
– Тебе никуда не надо? – подняла брови Шепард.
– Я отпросился.
ГЛАВА 4. НА ВСЯКОГО ВОРКА НАЙДЕТСЯ ОТГОВОРКА
***
Она лежала уже давно, с открытыми глазами, смотря в одну точку на потолке лазарета, изо всех сил пытаясь не заснуть.
Сразу после того, как ее команда притащила нефтяной блестящий шарик на «Нормандию» в специально экранированном ящике, Шепард устроила мозговой штурм, собрав команду и представителей всех рас. Была выдвинута на обсуждение идея глобального экранирования от воздействия морских клопов, создание экранов для колоний и планет.
Идея ловца на живца тоже звучала. Из уст самой Шепард. Она единственная из всех ныне живущих видела воочию этих океанных клещей и общалась с ними. Но даже в том случае, если они с ней свяжутся с помощью механизма псевдоквантовомеханического коммуникатора (что это такое никто особо не понимал) и удастся выследить нахождение склизких клопов, то для того, чтобы с ними бороться не было ни человеческих, ни технических ресурсов.
Тащиться к ним на дальний конец космоса желания ни у кого не было. Звучали идеи обратного контролирования через псевдоКМК с помощью специального устройства. Озвучила Лиара, но как это механизм создать, она не знала. Что касается внушительного внушения относительно самих левиафанов, то Самара конечно и умела внушить какому-либо органику пойти в пеший эротический поход, да и Шепард могла убедить Сарена или Призрака самоубиться, и при этом они поблагодарили ее за это, но абсолютной уверенности насчет водянистых клещей не имелось.