– В случае опасности вы всегда можете использовать жест Миранды, – не отступала она. – Только при взаимодействии с ними мы можем понять, как от них избавиться.
Он хотел убедить ее отказаться от экспериментов со сферой, но она уже почти убедила его в обратном. Гаррус был в смятении. Он должен был решить. Если бы решал он, то конечно, запретил Шепард ее сомнительные эксперименты. Но на кону была вся Галактика. Хотя и фиг с ней, Шепард важнее.
– Я знаю, ты обо мне беспокоишься, – сказала мягко Шепард, обнимая Гарруса, и прижалась своим лбом к его. Он прижал ее к себе покрепче. Он просидел бы так, молча обнявшись с Шепард, целую вечность. Но что он мог поделать против всего остального.
ГЛАВА 2. ДЕЖАВЮ
***
Гаррус зашел в специально оборудованный исследовательский центр, который расположился рядом с отдаленными, мало используемыми складами. С помощью сложного шифра открыл сейф. Вытащил из-за пазухи черную коробку с экранирующими стенками, чутье подсказало ему открыть и ее. Там лежал листок бумаги, на котором было написано: «Прости, Гаррус. Ш.» Выкрикивая турианские ругательства, от которых у турианских духов свернулись бы уши, Вакариан, сломя голову, как сказала бы Шепард, побежал к «Кадьяку».
– Кортез, быстрее на «Нормандию»! Попробуй связаться с «Нормандией», у меня пропала связь!
***
Она очнулась в своей каюте на полу. Перед глазами туман, она пытается разглядеть обстановку. Рядом разбитая чашка с пролитым кофе. Один из осколков больно впивается в кожу. Здесь так не прибрано. Вставая, она оглядывает каюту. Все расплывается перед глазами. Что случилось? Нападение на «Нормандию»? Она должна оценить обстановку как солдат. Рядом с ней лежит тварь. На мягкой мебели в углу на диване лежит налетчик. Рядом с налетчиком хаск. Все трое обездвижены. Стол завален какими-то бумагами. Больше в каюте врагов нет.
Она кидается к шкафу с оружием. Она должна делать это быстрее, почему все так медленно? Достает свою любимую снайперскую винтовку «Черная вдова», заряжает ее. Пальцы ее не слушаются, поэтому она не может надеть броню, но и надевать броню уже некогда. Она пытается позвать СУЗИ, но рот не слушается ее.
Все расплывается в тумане. «Нормандия» опять горит? Нас подбили Коллекционеры? Почему все так медленно? Она прилагает усилие, чтобы поторопиться. Ей приходится бросить части брони на пол, хотя без нее она беззащитна. Бежит к лифту. Наконец достигает его, лифт открывается слишком медленно. Она должна попасть на боевой информационный центр, проследить, чтобы все эвакуировались. Особенно Джокер.
Наконец, она дожидается, когда дверь лифта на мостик раскрывается, оценивает обстановку, держит снайперскую винтовку наизготовку. Вокруг туман. Туман войны. Голова кружится. Она пробует осмотреть палубу. Слева от нее хаск. Она силится прицелиться в него, но хаск ускользает от нее. Справа еще один, он далеко, но идет к ней. Она прицеливается. Ее мотает из стороны в сторону. «Это какой-то газ?» Она прячется за столом справа от лестницы, ведущей к карте галактики.
За хаском, что справа, бежит еще один, он что-то кричит и смотрит на лифт. Она оглядывается на лифт. «Слишком быстрые для хасков. Еще и кричат». Там из лифта выходит налетчик. Он тоже что-то кричит. Рука скользит вниз, чтобы перехватить дробовик. «Им будет быстрее». Но его там нет. «Я без дробовика и без брони?!» Драгоценные секунды ускользают. Налетчик замедляется, идет к ней, кажется, он делает это осторожно.
Она силится принять решение. Она снова смотрит за карту галактики: один из хасков, почему-то разрисованный странными рисунками, нацелил на нее оружие, но не стреляет, отчего-то медлит. Второй, который уже подошел ближе, также направляет орудие, но смотрит на нее с печалью. «Откуда печаль у хаска? Это точно хаск?»
Она смотрит в сторону лифта: налетчик все ближе, но он двигается очень медленно, очень осторожно. Кажется, он еще более печален, его глаза смотрят на нее так, как будто ее знают. Ей даже становится его жаль. Он зовет ее. Она смотрит на него. Кажется, что он хочет выстрелить, но медлит. Два хаска тоже хотят выстрелить, они направляют на нее оружие. «Если это не хаски, а это не налетчик, то почему они направляют на нее свои стволы? Откуда они могут быть печальны?»