- Понимаю, о чем ты подумала и поэтому прошу быть впредь сдержаннее. Не поощряй его и не принимай так откровенно ухаживания. Даже если окажется, что тут какая-то ошибка, твое имя пострадает, а вместе с ним и обе дочери. Хватит и того, что потенциальная невеста Картады замешана в скандале.
- Скандал? – автоматически повторила Лоренца, оглушенная первой новостью и совершенно нет готовая к еще одной подобной.
- Да, мне кое-что довелось услышать. Говорят, муж сеньоры Альбо не по своей воле отправился на тот свет. Был он болен или нет, не знаю, но почти наверняка застал жену с любовником и принял это слишком близко к сердцу. Не спрашивай от кого я узнал, но этому человеку можно доверять!
- Не продолжай! Я не хочу верить в такие вещи!
- Ты готова за него заступиться?! – он поднял бровь.
- Ради Камелии, да! Иначе, как мы может допустить, чтобы она вошла в такую семью?
- Поостерегись, Лоренца! Я заметил, да и не только я, что сеньора Картада-старший к тебе неравнодушен, поэтому будет лучше всего как можно скорее уехать. Разумеется, после того как здоровье Камелии немного поправится!
Лоренца, пребывавшая в сильном волнении, что-то проговорила, совершенно не слушая и не задумываясь о том, что отвечает.
Обвинение было ужасающим, но отбросить его или пропустить его мимо ушей никак не получалось. Каким бы самовлюбленным и ревнивым не оказался Хасинта, чтобы изобрести подобную ложь, нужно было потерять остатки совести и стать окончательным мерзавцем! Чтобы совладать с собой, она отошла к окну библиотеки и, как назло, увидела именно то, что еще больше подогрело страсти. Мануэль беседовал с доктором, стоя рядом с его коляской, и выглядел отнюдь не радостным. Несколько раз сеньор Мойа разводил руками, как бы подчеркивая свое бессилие, потом притронулся к шляпе, закрыл за собой дверцу и покинул гостеприимный дом.
После такого потребовалось время, чтобы вернуть себе способность размышлять здраво, и прямо из библиотеки сеньора Бьянчи направилась в свою комнату. Сколько Лоренца провела в одиночестве, неизвестно – час, а может несколько часов. Горничная ушла с приказом никого не пускать, но несмотря на это вскоре послышался стук в дверь и знакомый низкий голос прервал мучительные размышления.
- Сеньора Бьянчи, я знаю, что вы здесь, откройте дверь!
- Я не одета, – видеть Мануэля, а тем более говорить с ним было выше всяких сил.
- Если вам плохо, я позову горничную! – уходить он явно не собрался.
- Я уже сказала, в этом нет нужды!
- А я думаю есть. Что-то случилось, и я хочу знать, в чем дело. Или будем снова говорить через двери?
Угрожающие нотки в голосе давали понять, что без ответа непрошенный гость ее не покинет. Не выдержав больше такого напряжения, она отодвинула задвижку. Картада остолбенел. Лицо Лоренцы горело, а весь вид говорил о том, как трудно ей держать себя в руках.
- Тысяча чертей, что произошло? – он сделал шаг навстречу и схватил ее за плечи.
- Я получила плохие новости, но лучше нам сейчас об этом не говорить. Дайте мне время все обдумать!
- В таком состоянии? Боюсь это уже не новости, а что-то куда серьезнее, а раз ты избегаешь меня, как прокаженного, это касается моей персоны. Я прав?
- Не знаю.
- Так скажи, наконец!
- Ладно, - она высвободилась из объятий, прошла туда и обратно по комнате и провела руками по лицу. – Ответьте мне, Мануэль, что вас связывает с сеньором Мойя?
Он тяжело вздохнул, видимо не желая углубляться в тему и ответил не сразу, выждав пока Лоренца немного успокоится.
- А нужно объяснять? Да, он отец Софии, но это не умаляет способностей доктора Мойа в его профессии. Я не стал бы обращаться к нему, если бы не крайняя нужда.
- То есть, он не только ваш старый знакомый и доктор Камелии, но и… ваш тоже? – при последних словах лицо ее снова залила краска.
- О чем ты говоришь?! - Мануэль в полном недоумении воззрился на свою собеседницу. Смысл ее слов дошел до него далеко не сразу и заставил измениться в лице. - Кто тебе сказал?