Горничная доложила, что Камелия чувствует себя хорошо и скоро присоединиться к семье, после чего отправилась будить ее старшую сестру, так что теперь в комнате осталась только сеньора Бьянчи и ее будущий зять.
- Доктор Майо обещал приехать сегодня утром, хорошо, если он успеет к завтраку, мне хотелось бы еще раз его поблагодарить! О, а вот кажется и он!
Пабло успел заметить только что подъехавшую карету и направился к дверям, когда его остановила Лоренца.
- Нет, Пабло, это вернулся дон Хасинта! – гостья узнала из окна его шляпу и сердце забилось чаще, наполняя душу неприятным холодком.
Лоренце пришлось напомнить себе, что она далеко не шестнадцатилетняя девочка, а Хасинта – не ее опекун! Решать свою судьбу она могла и без его согласия и опасалась только новой ссоры между мужчинами, предотвратить которую была в силах. К тому моменту, когда глава семейства Бьянчи вошел в комнату, чтобы поздороваться, она достаточно взяла себя в руки. чтобы выглядеть спокойной и полной достоинства.
- Доброе утро! – по тому, как глаза Хасинты пробежали по гостиной, было ясно, что он ищет Мануэля. Картады-старшего с ним не было, и это вернуло ему самодовольный вид.
Пабло сразу же проводил дорогого гостя, пригласил присесть и стал расспрашивать о подробностях поездки, избавив Лоренцу от необходимости участвовать в разговоре. Она подошла к столику, где красовался букет, чтобы взять себе один из цветов, но в ту же минуту в гостиную вбежала перепуганная служанка.
- Ох, сеньора! Идемте скорее!
- Что такое?! – Лоренца побледнела, предчувствуя несчастье. – Камелии снова стало плохо?
- Нет, с синьориной Камелией все в порядке, то есть она ни на что не жаловалась! А вот синьорина Джулия…
Вместе они поспешили наверх и до самых дверей Лоренца не могла добиться от горничной вразумительного ответа. Наконец, когда двери распахнулись, и девушка, всхлипывая, указала на пустую кровать.
- Я думала… мне показалось сеньорита спит, но ее нет в доме!
- То есть как нет? Может она вышла в сад или пошла на озеро?
- Я тоже так подумала, но ведь пропали и ее вещи… и шкатулка с украшениями! – тут служанка зарыдала, закрывая лицо фартуком.
Как видно, она опасалась, что ее заподозрят в воровстве или в соучастии в похищении, ничего другого бедняжке не приходило в голову. Сеньора Бьянчи как могла успокоила девицу и без промедления направилась ко второй дочери. К счастью, Камелия была у себя, и по ее лицу мать сразу поняла – младшая из сестер уже знает обо всем случившемся.
- Ты не видела сегодня Джулию? – Лоренца не могла скрыть волнения. – Она не спустилась к завтраку…
- Нет, она сегодня не заходила!
- Нет? Ты уверена, что ничего не знаешь? В комнате нет ее вещей, Камелия, посмотри мне в глаза!
Сеньорита Бьянчи подчинилась далеко не сразу, ее щеки пылали, а руки теребили подол платья. Наконец, глядя на испуганное лицо матери и понимая, что молчание только усугубит ситуацию, Камелия подняла влажные от слез глаза.
- У меня осталось письмо, – еле слышно проговорила она и достала из складок платья коротенькую записку, чтобы вложить в протянутую дрожащую руку.
«Милая Камелия! Ты будешь осуждать меня, но я могу довериться только тебе! Оставаться вдали от того, кому я принадлежу безвозвратно, выше моих сил! Я покидаю вас в надежде, что Бог нас помилует! Утешь, как можешь, маму и не забывай молиться за меня.»
Лоренца прочитала во второй раз, как будто где-то могла закрасться ошибка и перевела взгляд на Камелию.
- Ты все знала? – ноги ее не держали и пришлось схватиться за спинку кресла. – Кто этот мужчина?
- Я не могу сказать! Я пообещала!
- Ты хоть понимаешь, что произошло?! Если об этом станет известно… если мы ее не вернем, это пятно уже не смоешь! Для тебя все будет кончено, и для меня тоже! Как давно она сбежала? С кем?!
- С Боджардини… - почти беззвучно проговорила Камелия.