- Соглашусь с тобой и даже попробую разгадать этот ребус, – вставил Пабло – Она собиралась замуж за богатого мужчину и даже добилась того, чтобы он обокрал свою семью, но мы немного нарушили его планы.
- Думаю, ты прав! Разорившийся аристократ куда хуже, чем богатый торговец. Не удивлюсь, если София очаровала его, когда ездила покупать кружева на платье. А когда стало известно. что Хасинта все потерял, она быстро сменила ориентир.
- Но чтобы выходить замуж в такой спешке, нарушив траур?!
- Похоже у нее есть что скрывать, других причин придумать я не могу!
В этом, как и во всем остальном Лоренца была вынуждена согласиться с будущим мужем. Сам Хасинта рассказывал ей о темном прошлом молодой вдовы, а это могло оправдать ее теперешние поступки. Подобная новость вдвойне коснулась Лоренцы – она навсегда избавлялась от опасной соперницы и стала свидетельницей того, что Боджардини с присущим ему красноречием назвал «карой небесной».
Больше о вдове Бьянчи как и о ее брошенном женихе они не говорили. Он напомнил о себе в тот день, когда сияющая сеньора Картада в сопровождении мужа и свидетеля в лице Боджардини вышла из церкви и остановилась в тени деревьев, чтобы принять поздравления друзей и соседей. Дон Хасинта с присущим ему высокомерием появился одним из последних и поклонился родственнице, пожелав ей всяческих благ.
- Могу я украсть у вас жену, сеньор Картада, буквально на одну минуту? – он взглянул в глаза сопернику.
- Нет, сударь, не можете! – Мануэль крепче сжал руку супруги. – Своими поступками вы сами лишили себя такого права!
- Поступками? – на его щеках мгновенно вспыхнули красные пятна, но Хасинта быстро овладел собой. – Впрочем, с вами спорить я не буду. И раз уж вы не желаете отпустить жену для приватной беседы, я скажу все в вашем присутствии. Помнишь, Лоренца, я говорил тебе, что принадлежащее семье Бьянчи в ней и останется? Я сделаю все, чтобы так и было, тебе недолго придется владеть тем, что вы сумели выхватить у меня из рук. Три поколения моих предков были лучшими торговцами в Малаге, ни вы, сударыня, ни ваш зять не способны этого изменить. Желаю счастья!
Он притронулся к шляпе, откланялся и быстрым шагом ушел, оставив напоследок горький привкус угроз, за которыми скрывались хорошо продуманные планы. Мануэлю пришлось взять себя в руки, чтобы не бросить вызов родственнику. Он не мог себе позволить такой поворот в день свадьбы, и потому просто обнял жену за плечо и проговорил, глядя вслед Хасинте:
- Женщины выбирают победителей, пора бы ему усвоить этот урок! И надеюсь, Лоренца, ты не принимаешь всерьез его угрозы. Если когда-нибудь это изменится, я припомню дону Хасинте все оскорбления, которыми он сыпал в мой адрес.
- О да, сеньора, вашему родственнику я бы не пожелал такого соперника на дуэли! Я еще не забыл, как сеньор Катрада заставил меня стрелять по апельсинам в вашем саду! – Боджардини сразу разрядил обстановку.
- Хорошо, что у тебя не дрогнула рука, Антонио, – она с улыбкой посмотрела на зятя.
- Да, к счастью, я учился не только игре на скрипке, хотя это получается у меня весьма неплохо! Кстати, когда мы поедем пировать? Я приготовил вам сюрприз и хочу поскорее увидеть всех за столом!
Мануэль согласился, что самое время возвращаться домой. Карета молодоженов тронулась с места первой, а за ней двинулись и остальные гости, которых провожали зеваки. Многие поспешили за бесплатным угощением к дому Бьянчи, но кое-кто остался посмотреть на вторую свадьбу хотя бы ради того, чтобы оценить красоту невесты. Праздник длился до позднего вечера и звуки скрипки заставляли замирать сердца тех, кто был за свадебным столом Лоренцы.
- Мы поедем в Тенерифе? – она взглянула на мужа. – Божардини несколько раз приглашал нас в гости
- Нет, моя дорогая! Я не знаю, насколько толстые стены в доме Тони. Мы поедем в мое имение и погостим у них позже… после того, как сделаем наследника.
В черных глазах загорелись дьявольские огоньки и Лоренца впервые без возражений согласилась, что это лучшая идея, какая могла прийти ему в голову. Сидя во главе праздничного стола, она снова подумала о том, как странно складывается жизнь. Вдове Бьянчи пророчили тихое увядание в обществе дочерей и внуков, а вместо этого ее тело горело от желания, а рядом был тот, кто готов сутки напролет утолять эту безумную жажду. Может быть дон Хасинта был прав? Всему виной горячая кровь, которая сделала всех женщин из семейства Бьянчи примером счастья, за которым, правда пришлось немного поохотиться….