Мы остановились у шлагбаума. Открылась дверь, и в салон заглянул здоровенный детина, упакованный в бронежилет. Держа автомат в левой руке стволом вверх, он пожал руку бритоголовому, кивнул на нас и спросил: — Оба спецы?
— Этот в охранку, — ответил бритоголовый, показав на меня.
Детина вскинул белесые брови и наморщил лоб.
— Откуда? Почему один?
— Не знаю, — пожал плечами бритоголовый. — По договору.
— Ну ладно, вези, там пусть с ним разбираются! — И задвинул дверь.
Мы миновали шлагбаум и выехали на ровный асфальт. Водитель переключил скорость, и машина плавно, как по воде, заскользила между скал. Через несколько минут будет ясно, как долго я еще проживу, подумал я, поглядывая на злую физиономию бритоголового. Одного врага я уже заполучил, и он при первом удобном случае сделает из меня дуршлаг.
Плохо, что у охранника я уже вызвал подозрение, хотя наивно было бы надеяться на иное развитие событий. То, что я почти приехал к месту назначения, — редкая, невероятная удача.
«Ниссан» остановился. Я убрал с окна занавеску и увидел бетонный забор, поверх которого бежала спираль Бруно. Справа и слева — вышки. Лязгнул замок, и массивные глухие ворота медленно разошлись в стороны. Мы въехали на территорию зоны.
Химик взялся за свой чемодан. Я заметил, что руки его дрожат, а взгляд бегает от окна к окну. Он отодвинулся от меня, боясь моей непредсказуемости и обреченности, не смотрел на меня и не хотел никакого общения. Он уже был готов к унижениям, к подзатыльникам, к пистолетному стволу, прижатому к голове, и намеревался всеми доступными способами выпрашивать пощаду и надежду на жизнь.
Бунтарство типа моего он исключил сразу, безоговорочно и навсегда.
Мы развернулись вокруг клумбы, где стояла группа людей в белых халатах и шапочках, и остановились. Дверь распахнулась. В салон заглянул толстый господин, посмотрел на нас с химиком, губы его растянулись в улыбке, и он приятным голосом сказал:
— Добро пожаловать! Милости просим!
Химик, обрадовавшись тому, что вместо окрика к нему обратились вежливо, заторопился с чемоданом наружу. Бритоголовый, тарабаня пальцами по подлокотнику, ждал, когда я последую за химиком.
Яркий свет на некоторое время ослепил меня, и я не сразу рассмотрел то, что меня окружало. Клумба, дорожки, присыпанные гравием, чахлые деревья, капитальные и сборно-щитовые строения, с окнами и без них, напоминающие ангары и блиндажи. А вокруг — бетонный забор, «колючка», вышки.
Толстяк взял химика под руку и повел к группе людей в белых халатах, стоящих поодаль. Химик бросил на меня прощальный взгляд, в котором опять светилась надежда и немой укор: «Вот видите, я не ошибся, здесь хорошие люди, и меня ценят, а вы только провоцируете их на грубость».
Бритоголовый подвел меня к человеку в униформе. Черные очки, усы и бородка прикрывали часть его лица. На черном берете тускло сияла какая-то эмблема, похожая на разбившуюся о пол и застывшую каплю олова. Человек скрипнул портупеей и протянул руку в сторону бритоголового, не поворачивая головы. Представитель серьезной фирмы дал ему мой договор.
— Фамилия? — спросил человек, мельком взглянув на договор, на печать и подписи.
— Вацура.
— Откуда прибыл?
— Из Крыма.
— С кем подписывал договор?
— Я не запоминаю фамилий всех клерков и слуг, которые подают мне перья и бумаги.
— Я спрашиваю, кто взял тебя на работу?
— Князь.
Человек в униформе сделал паузу. Лицо его, гладко выбритое, но исполосованное глубокими складками, похожими на многочисленные шрамы, оставленные саблей, оставалось неподвижным, в его солнцезащитных очках отражалась моя небритая физиономия, похожая на мохнатую грушу. Я чувствовал себя стрелком-спортсменом. Выстрел я уже произвел, но попал ли в «десятку» — мог узнать лишь несколько секунд спустя.
— Где рекомендация?
В эти минуты я врал как никогда ловко и снова ответил, почти не задумываясь:
— Рекомендацию дал мне Серж. Но… но по известным причинам она уже не актуальна. Князь предложил мне работу, когда мы встретились на поминках Сержа. Вас должны были известить о моем приезде. Договор, естественно, — филькина грамота, он был нужен лишь для этого олуха, — и я кивнул в сторону бритоголового.
— Дед, он позволяет себе слишком много! — прорычал бритоголовый, делая шаг в мою сторону и сжимая кулаки. — Разреши отбить ему селезенку!
— Стоять! — коротко приказал Дед, и бритоголовый застыл в метре от меня. — Рекомендации нет, — вкрадчивым голосом произнес он, — договор фиктивный… Откуда мне знать, кто ты?