— Мы предохранялись, между прочим, — обиделась Рита.
— А, ну, тогда это непорочное зачатие, — съязвила зловредная Анька.
Попрощались они не очень-то довольные друг другом. Ну вот, первый блин комом. Кого бы еще порадовать новостью? Больше пока некого. Сэм почему-то не звонил. Его сотовый был отключен, она проверяла. Что он там застрял в этой Москве? Хотя, может, это и к лучшему, она пока не представляла, как правильно преподнести ему свою новость. Пожалуй, ей действительно не помешает посетить гинеколога, а вдруг тесты врут? На них, конечно, написано, что они дают стопроцентную гарантию, но Анька лучше разбирается в медицине. Ритка позвонила на работу, сказала, что заедет в проектный институт, занимающийся подготовкой проекта дома Витта. После чего она позвонила своему деликатному доктору и напросилась на прием.
— Ну что, папа будет рад? — спросил Пал Саныч, подтвердив результаты ее тестов.
— Умрет от счастья, — заверила она его из-за ширмочки.
— Ну-ну, когда окончательно справитесь с эмоциями, звоните, — усмехнулся врач. — В любом случае встреч в ближайшем будущем нам с вами не избежать.
— Спасибо, Пал Саныч, я вам скоро позвоню, — туманно пообещала Ритка и покинула его кабинет.
Ее малышу было около четырех недель. Он уже живет на свете двадцать пять дней, а она об этом не знала! Ритка иногда думала о том, что когда-то у нее будет ребенок, но что при этом она будет чувствовать — даже не предполагала. Она была счастлива.
«Когда ему будет около сорока недель, я стану как воздушный шар с грузиком. Вот смешно! И ему надо будет столько всего купить: кроватку, коляску, пеленки-распашонки, соски и детский шампунь «Джонсонс Беби»… И эти, как их, «Хаггисы», которые сохраняют розовые попы в сухом состоянии. Как здорово!» Ритка засмеялась и поскакала к своей машине.
По дороге она все придумывала, какое имя подойдет их мальчику: Никита, Максим, Олег, Аристотель? А вдруг все же родится девочка? Как тогда быть? Кто ее научит шить, вязать и петь романсы? Ничего такого Ритка делать не умела.
Вся в мечтах и грезах, она припарковала машину перед «Антуражем» и поплыла в сторону входной двери. Кто-то резко посигналил у нее за спиной. Ритка обернулась и увидела Сэма.
Он выскочил из машины такой невообразимо красивый и стройный, что она невольно залюбовалась им. Впрочем, он всегда хорош собой, независимо от того, одет или раздет, спит или бодрствует, веселится или грустит. Будущий папашка несся к ней с обязательной розой. И тут же у нее мелькнула трусливая мыслишка — а вдруг все это прекратится: розы, любовь и сам Сэм, узнавший ее новость?
— Привет, красавица, а что у нас случилось? — покрывая поцелуями ее лицо, спросил он.
— У меня что, не лоб, а открытая книга? — проворчала Ритка, отстраняясь.
— Ну, как бы тебе сказать, чтобы не обидеть… В общем-то, да. По твоему лицу можно прочитать все, вплоть до прогноза погоды на завтра. Так что у нас новенького?
— Много чего. Но я просто так тебе ничего не скажу! Сходи к Симоняну и отпроси меня с работы. В смысле, скажи, что я тебе нужна как дизайнер.
— Не будь наивной, уже весь город знает, что как дизайнер ты меня почти не интересуешь, — засмеялся он.
За что и получил розочкой по хребту. Нельзя никому позволять подшучивать над доброй репутацией дизайнера, даже будущему отцу своего ребенка! Сэм посетовал, что вот летел он к ней на крыльях любви, а ему никто не рад, и еще розочкой его поколачивают, но Ритка была непреклонна и заставила его пойти к ее шефу. Врать она в этот день не могла никому, даже Симоняну.
И, уже когда они оказались дома и он принялся ее целовать во все доступные места, она открыла ему свой потрясающий секрет. И Сэм был в достаточной степени потрясен.
Но, к ее огромному облегчению, он еще и обрадовался. Искренне! Это было видно. Она заметила, как вспыхнули его удивительные глаза и губы дрогнули в улыбке. Нет, он, конечно, не подхватил ее на руки, распевая что-то из репертуара Баскова, и не начал скакать до потолка, как счастливый индеец после удачной охоты. Но по его лицу было видно, что новость, оказалась для него приятной неожиданностью. И он поспешил ее заверить, что ребенок — это здорово, только, конечно, если она сама тоже так считает. Ритка заверила его, что она считает именно так. Тогда он усадил ее на колени и сказал:
— Рита, я хочу узнать у тебя одну вещь. Ты выйдешь за меня замуж?
Ритка попыталась тут же завопить, что — «Канэчно, хочу!», но он закрыл ей рот ладонью.