— Хочешь сдать ее императору, чтобы загладить свою вину?
— И в чем же моя вина? — удивился Кавьяр.
— Ты предал его. Ты сдал Гхаро все… или ты думаешь, что раз Гхаро мертв, то это не имеет значения?
Кавьяр усмехнулся.
— Ты думаешь, я сказал ему правду? Ну, нет, и правду тоже, но лишь то, что он мог бы легко узнать и без меня. С одной ложью ничего не выйдет, не за что будет уцепиться, важно верить в то, что говоришь. Но обо всем, о чем говорить нельзя — я соврал. Ничего действительно важного я Гхаро не сказал. Ты ведь и сам не слишком-то поверил мне… Так что я не предатель. Я верен своему императору и всегда буду служить ему.
— Почему я должен верить тебе сейчас? — Альтару все это не нравилось. — Если ты заведешь меня в ловушку…
— Не знаю. Но ведь это был твой план. Ты хотел, чтобы я отвел тебя к матери. Я могу это сделать. Возможно, это даже в моих интересах.
— А она? — Альтар кивнул на меня. — Если ты действительно так верен императору, ты должен привезти Тиаль ему? Как часть дани. Ты ведь не имеешь права отпускать ее. Поэтому зовешь ее с собой?
Кавьяр шумно втянул воздух, скрипнул зубами. Потом поднялся на ноги, отошел в сторону, прошелся от стены к стене.
— Нет, не поэтому, — немного резко сказал он. — Тиаль, если ты хочешь уйти, я не стану тебя держать. Но я действительно думаю, что сейчас так будет лучше.
— А как же Маро? — спросила я.
— Маро? — Альтар глянул на меня так, словно видел впервые. — Забудь.
— Но…
— Нет, — жестко оборвал он. — Я вытащил вас обоих оттуда не потому, что хотел кого-то спасти. А потому, что мне нужен был он, — Альтар показал на Кавьяра. — Тебя я взял потому, что без этого он мог отказаться мне помогать. Но твой Маро меня не интересует. Я никогда не вернусь за ним, потому что это поставит под угрозу все. Я никогда не позволю вернуться тебе. Так что да, думаю, Эйх прав, тебе лучше пойти с нами, так будет надежнее.
* * *
Мы отправимся на рассвете.
Пока стоит отдохнуть, нам всем нужно восстановить силы.
До глубокой ночи Эйх разговаривал с Альтаром, рассказывал, слушал, обсуждал какие-то планы. Я сначала сидела рядом, слушала… потом… в этих разговорах не было ничего личного, только об императоре, дворе, войне, магии… потом и вовсе вещи, которых я не понимала. Они оба были так увлечены, что почти не вспоминали обо мне. Как бы там ни было, но они братья, сыновья старого императора, братья нынешнего. Им было, что обсудить.
В какой-то момент поняла, что никогда не чувствовала себя такой одинокой и потерянной, как сейчас.
Даже там, на острове, я понимала чего хочу и к чему стремиться, понимала, что мне нужно выбраться, что нужно Кавьяра как-то вытащить из всего этого. Мне казалось, только ему я могу доверять, и он будет со мной, поможет…
Нет, это и сейчас так, все произошло, как я рассчитывала. Та самая безумная эмоциональная вспышка, всплеск магии, когда он не смог примириться с моей смертью, сокрушив все…
Сейчас Эйх, живой и довольный, сидел и что-то увлеченно обсуждал не со мной.
Ревность?
За наше путешествие я привыкла, что все, что он делает, так или иначе крутится вокруг меня. А сейчас он был занят чем-то совершенно иным. Ему даже больше ничего не угрожает и… Я ему больше не нужна?
Глупое чувство.
Усталость и пустота. Как-то все навалилось разом. Надеюсь, я отдохну, и это пройдет, слишком много навалилось…
Встала, отошла подальше. Лучшее, что я могу сейчас сделать — это поспать, силы мне еще понадобятся.
— Тиаль? — Эйх окликнул, обернулся.
— Я отдохну, наверно, — сказала я. — Голова немного кружится.
В конце концов, я отдала много сил, чтобы сейчас он был жив и здоров в полной мере, мне нужно восстановиться.
Он проводил меня взглядом.
А потом — я не смотрела. Ушла подальше, повернулась спиной, легла на пол, поджав колени. Холодно. Не сказать, что я замерзаю, но пробирает легкий озноб, а одеяла нет, не во что завернуться. И огонь не разводили, потому что это нарушит маскировку пещеры, Альтар сделал так, чтобы вход невозможно было заметить со стороны.
Греться магией я не умела, мои способности немного не о том…
Обхватила колени руками…
Шаги сзади.
— Тиаль? Как ты?
Он сел рядом.
— Хорошо, — сказала я. — Просто устала.
— Ты дрожишь.
— Холодно…
Эйх протянул руку, коснулся моего плеча. У него такие горячие пальцы.
— Погреть? — спросил тихо, усмехнулся. — Прости, я понимаю, как это звучит, но имею в виду лишь то, что говорю. Я могу немного согреть магией, если это не слишком смутит тебя. Могу еще свою рубашку отдать, но не думаю, что это сильно поможет.