Выбрать главу

«И всё равно.»

Он откинулся на стену.

Закрыл глаза.

Представил —

её пальцы.

Её губы.

Её дыхание на коже.

«Ты уже не можешь притворяться,» — написал он.

Ответ:

«Я и не хочу.»

Наутро Кирилл не сказал ни слова.

Но Марк чувствовал — он знает.

Чувствует.

Видит.

Потому что кое-что нельзя скрыть.

Как запах её духов на руке.

Как дрожь в пальцах после сообщения.

Как взгляд, который больше не принадлежит тебе.

Они вышли в зону.

Тишина.

И вдруг —

— Ты думаешь, она тебя любит? — тихо спросил Кирилл.

Марк не ответил.

— Ты думаешь, это любовь? — продолжил тот. — Это тоска.

Это запрет.

Это бунт.

Она не тебя хочет.

Она хочет вырваться.

А ты — просто дверь.

Марк посмотрел на него.

— А ты?

Ты её держишь.

Или уже потерял?

Кирилл замер.

— Я её спасаю.

— От чего?

— От тебя.

Марк усмехнулся.

— А если я — не угроза?

А если я — единственный, кто видит её настоящую?

Кирилл сжал челюсть.

— Ты не имеешь права.

— Имею.

Потому что она сама дала мне этот шанс.

— Это не шанс.

Это ошибка.

— Тогда пусть будет ошибка.

Но её.

Тишина.

И в этой тишине — понимание.

Что всё, что было, — уже не остановить.

Что бы ни говорил Кирилл.

Что бы ни делал.

Потому что Анна уже выбрала.

Не словами.

Не поступком.

А взглядом.

Касанием.

Тем, что нельзя отменить.

Вечером — снова сообщение.

«Я не могу ждать следующей встречи.»

Он ответил:

«Я тоже.»

Пауза.

«Ты думаешь, мы сошли с ума?»

Он улыбнулся.

«Нет.

Просто наконец проснулись.»

Глава 12. «Она выбрала не тебя — она выбрала риск»

Люди думают, что любовь — это про мягкость.

Про объятия.

Про «всё будет хорошо».

Но иногда любовь — это про дрожь в руках.

Про страх.

Про то, что ты идёшь навстречу боли,

потому что остановка — это уже хуже.

А выбор — не между «хорошим» и «плохим».

А между «жить» и «притворяться».

И когда она выбирает риск —

она выбирает не тебя.

Она выбирает себя.

Наконец.

________________________________

Ночь не приносила покоя.

Марк лежал, уставившись в потолок.

Тишина.

Но внутри — шторм.

Каждое слово.

Каждое движение.

Каждое «почти» — между ними.

Он чувствовал её.

Даже здесь.

Даже сейчас.

Не телом.

Не голосом.

А чем-то глубже.

Чем-то, что нельзя назвать.

Телефон лежал рядом.

Выключенный.

Но он знал — она пишет.

Чувствовал.

И вдруг —

Он включил его.

Одно сообщение.

«Я не сплю.»

Он не стал спрашивать — почему.

Он знал.

«Я тоже.»

Ответ:

«Потому что думаю о тебе.

О том, как ты сказал “нужна”.

Как будто это — закон.

Как будто я больше не могу выбирать.»

Он закрыл глаза.

«Ты можешь.

Ты просто уже выбрала.»

Пауза.

«А если я выбрала неправильно?»

Он медленно сел.

«А если это единственный правильный выбор, который ты когда-либо делала?»

Ответ пришёл с задержкой.

Долгой.

«Кирилл сказал, что ты используешь меня.

Что я — способ выйти из-под контроля.

Что ты не меня хочешь.

А свободу.»

Марк усмехнулся.

Горько.

«А ты веришь?»

«Я не знаю.

Но боюсь, что нет.

И ещё больше боюсь, что — да.»

Он провёл рукой по лицу.

«Спроси себя:

ты боишься меня?

Или боишься того, что чувствуешь?»

Тишина.

Он почти слышал, как бьётся её сердце.

«Я боюсь, что это настоящая, — написала она. —

что я наконец чувствую то, что должна была почувствовать давно.

И что это разрушит всё.»

Он ответил сразу:

«А если это не разрушит?

А если это — начало?»

«Начало чего?

Тюрьмы?

Бегства?

Самоубийства?»

«Начало тебя.»

Она не отвечала долго.

Он почти думал — всё.

Закрыла.

Ушла.

Но потом:

«Я не хочу быть спасённой.

Я хочу быть желанной.

Не как трофей.

Не как обязанность.

А как женщина.

Как та, которую хотят.

Несмотря на всё.»

Он сжал телефон.

«Ты — та.»

«Откуда ты знаешь?»

«Потому что я смотрю на тебя — и перестаю дышать.

Потому что твоё прикосновение — как удар тока.

Потому что, когда ты рядом, я забываю, кто я.

И впервые чувствую — кем могу быть.»

Ответ:

«Я хочу тебя коснуться.

Не через стекло.

Не на расстоянии.

А по-настоящему.

Кожей.

Губами.

Всем телом.»

Он закрыл глаза.

Слишком остро.

Слишком близко к боли.

«Я тоже.»

«Это безумие.»

«Да.

Но это — наше.»

Утром Кирилл не смотрел на него.

Но Марк чувствовал — он знает.

Чувствует.

Видит.

Они вышли в зону.

Холодный воздух.

Серый свет.

Тишина.

— Ты её разрушаешь, — сказал Кирилл вдруг.