А он —
каждый раз,перед тем как поднести телефон к лицу,касался шеи.И шептал:
— Я с тобой.
Я помню.Я жив.И я покажу всем.Глава 37.«Голая правда»
Они думали —
если он забудет её лицо,если он перестанет улыбаться,если он станет тенью —она отступит,забудет,найдёт другого.Но они не знали —
что самое опасное, что может сделать женщина,— это послать мужчине, которого бьют, фото своего обнажённого телаи написать:«Ты был здесь.Ты был во мне.И это — не стыд.Это — память.»_____________________________
Она сидела.
В темноте.
Телефон — в руке.Экран — светится.Последнее фото от него:
— он, у окна,— палец на стекле,— губы — почти улыбаются,— глаз — заплыл,— но взгляд — живой.Под фото —
«57 минут.
Я считаю.Я жив.»Она закрыла глаза.Провела рукой по животу.По бедру.По следу от его пальцев, который, казалось, до сих пор горит.— Хватит, — сказала.
Не вслух.
Не кому-то.Себе.
— Ты присылаешь мне своё лицо —
а я сижу и прячусь?Ты — в синяках,ты — в темноте,ты — в боли,а я — в своей квартире,в безопасности,и боюсь — что подумают?— Нет, — сказала она. —
Я — не жертва.Я — не тень.Я — женщина, которая любила.И я скажу это.Она встала.
Сняла халат.Осталась голой.Не для кого-то.
Не для продажи.Не для просмотров.Для него.
Для памяти.Подошла к зеркалу.
Повернулась.Увидела себя:— грудь — с лёгкими следами от его губ,— живот — с чуть заметным напряжением,— бёдра — с отпечатками его пальцев,— шея — с синяком, который он оставил, когда «я не могу больше» стало «не останавливайся».Щёлк.
Фото.
Не постановка.
Не поза.Реальность.
Живая.Свободная.Она открыла SMS,
написала:«Это — моё тело.
Ты был здесь.Ты был во мне.Я помню, как ты двигался.Как стонал.Как сказал: “Я с тобой”.Это — не стыд.Это — правда.И я не скрою её.»Нажала «Отправить».Через час.
Он сидел.
Глаз — на дверь.Рука — на сердце.Вибрация.
Не громкая.
Не частая.Особенная.
Он посмотрел.
— охранник — в коридоре,— камера — в углу,— 7 секунд.Открыл.
Фото.
Она.
Голая.Не стыдливо.Не закрываясь.Сильная.
Под фото —
её слова.Он прочитал.
Один раз.Второй.Третий.И впервые за всё время — улыбнулся.
Не сквозь боль.
Не сквозь слёзы.Своей улыбкой.
Свободной.Он поднёс палец к экрану.
Провёл по её бедру.По следу от своих пальцев.И прошептал:
— Аня…
Ты…Ты выйшла.Ты показала.Ты напомнила.На следующий день.
Он ждал.
Момент.Щелчок.Фото.Отправил:
«Ты прислала своё тело.
Я присылаю своё сердце.»Фото:— он, рубашка расстёгнута,— палец на груди,— прямо над сердцем,— синяк — как чёрное солнце,— но взгляд — гордый,— губы — улыбаются.Через два дня.
Она прислала видео.
12 секунд.Тихо.— стоит у окна,
— руки вдоль тела,— поворачивается,— смотрит в камеру,— говорит:«Меня зовут Аня.Я люблю Марка.Он был во мне.Это — не преступление.Это — любовь.И я не стыжусь.»Отправила.
Через неделю.
Он получил новое фото.
Она — на кровати.
Не в постели.На той самой кровати.Где они были.Рука — между ног.
Палец — на клиторе.Глаза — закрыты.Рот — приоткрыт.Под фото —
«Я касаюсь себя.
Я думаю о тебе.Я помню, как ты кончал.Я помню, как сказал: “Я с тобой”.Это — не измена.Это — память.Это — наша.»Он закрыл глаза.Дышал.Тяжело.Открыл.
Посмотрел на своё тело — в синяках, в шрамах.И прошептал:
— Я был с тобой.
Я был во тебе.И это — не кончилось.Глава 38. «Ты внутри меня — даже когда меня нет»
Они думали —
если разлучить,если избить,если запретить прикосновения —они останутся одинокими,замёрзнут,перестанут хотеть.Но они не знали —
что самое страшное для системы —это когда заключённый начинает дрочить на камеру,а женщина отвечает тем же,и каждое видео — не оргазм, а бунт,и каждый стон — вызов,и каждое «я с тобой» — правда,даже если их тела разделены на сотни километров._____________________________________
Он сидел.
В камере.
Ночь.Камера — в углу.Свет — тусклый.Он знал:
— если поймают,— если увидят,