Он встал.
Закрыл дверь плотнее.Подвинул табурет — чтобы закрыть угол обзора камеры на 11 секунд,когда он будет у стены.Взял телефон.
Охрана оставила — на зарядке.На 3 минуты — он свободен.Он сел.
Расстегнул брюки.Не спеша.Снял их.Остался в нижнем белье.Посмотрел на экран.
На фото Ани — где она лежит на той кровати,где палец между ног,где глаза закрыты,где губы шепчут: «Я думаю о тебе».Он провёл пальцем по экрану.
По её бедру.По её пальцу.И прошептал:
— Аня…
Я с тобой.Щёлк.
Запись началась.
Видео.
18 секунд.— он, в камере,
— рука в трусах,— медленно,— не спеша,— пальцы — на члене,— дыхание — тяжёлое,— глаза — закрыты,— губы — шепчут: «Аня… ты… ты была такая тёплая…»Он двигается.
Медленно.Не ради оргазма.Ради неё.— «Я помню, как ты стонала…
как сжимала…как сказала: “Не останавливайся”…»Он ускоряется.
Дыхание — громче.Тело — напряжено.И в момент, когда почти,
он открывает глаза.Смотрит в камеру.Прямо.— «Я внутри тебя, Аня…
даже когда меня нет…»Кончает.
Не на камеру.Закрывает глаза.Дышит.Останавливает запись.
Отправляет:
«Я был с тобой.
Я был внутри.Даже сейчас.»Через два часа.Она получает.
Сидит.
Темно.Телефон — в руке.Открывает.
Смотрит.Один раз.
Второй.Третий.Слёзы.
Не от жалости.От силы.Он.
Его голос.Его рука.Его слова.«Я внутри тебя…»Она встаёт.
Снимает всё.Становится перед зеркалом.Берёт телефон.
Включает запись.Видео.
23 секунды.— она, голая,
— стоит у зеркала,— рука — между ног,— пальцы — на клиторе,— медленно,— не спеша,— глаза — закрыты,— губы — шепчут: «Марк… ты… ты был такой горячий…»Она двигается.
Не быстро.Ради него.— «Я помню, как ты входил…
как дрожал…как сказал: “Я с тобой”…»Она ускоряется.
Дыхание — тяжёлое.Тело — напряжено.И в момент, когда почти,
открывает глаза.Смотрит в камеру.Прямо.— «Ты внутри меня, Марк…
даже когда тебя нет…»Кончает.
Тихо.Сильно.С закрытыми глазами.Останавливает запись.
Отправляет:
«Ты был во мне.
Ты есть.Даже сейчас.»Он получает.Смотрит.
Один раз.Второй.Третий.И впервые за всё время — смеётся.
Не громко.
Не вызывающе.Счастливо.
Он ложится.
Рука — на сердце.Глаза — закрыты.И шепчет:
— Аня…
Ты…Ты выйшла.Ты показала.Ты напомнила.Я не один.Я жив.Глава 39. «Утечка»
Они думали —
если найдут телефон,если стерут видео,если скажут: «Ты больше не увидишь её» —они сломают.Но они не знали —что одно видео может стать бензином,что стон в темноте может вспыхнуть на миллион экранов,что когда любовь становится преступлением — преступниками становятся не влюблённые, а те, кто их разлучил._________________________________Он проснулся — и сразу почувствовал:
что-то изменилось.Тишина.
Не обычная.Не ночная.Опасная.
Дверь — открылась резко.
Не два охранника.Трое.Плюс начальник блока.— Марк, — сказал тот. —
встать.Он встал.
Не споря.Не сопротивляясь.— Где телефон?
— На зарядке.
— Ты записывал.
Он молчал.
— Мы видели, — сказал начальник. —
вчера.в 23:17.ты дрочил на камеру.и отправил это женщине.Он не опустил глаза.
— Да, — сказал он. —
я был с ней.— Это нарушение статьи 45, пункт 9, — сказал тот. —
распространение порнографии.самоудовлетворение в служебном помещении.связь с посетителем.наказание — изолятор на 30 суток.и лишение всех свиданий на год.— А если я скажу — это не порно? — спросил он.
— Что?
— Это — не порнография.
Это — я был с женщиной, которую люблю.Это — я сказал ей: “Я с тобой”.Это — я напомнил ей, что жив.Один из охранников ударил его в живот.
Он упал.
— Ты — преступник, — сказал начальник. —
и ты никогда больше не увидишь её.Он поднял голову.
С кровью на губе.С улыбкой в глазах.— Вы не понимаете… — прошептал он. —
она уже увидела.и она ответила.и вы ничего не можете стереть.Тем же утром.
Аня сидела.
Телефон — в руке.Звонок.
Неизвестный номер.
— Алло?
— Анна Сергеевна? — голос мужчины. —
ФСИН.Ваш номер был найден в переписке с заключённым Марком Волковым.Вы подозреваетесь в незаконной передаче информации, содействии в нарушении порядка, распространении порнографии.