Малышка совсем не смотрит в мою сторону, поглощённая атмосферой новогоднего чуда. Она глаз не сводит с высокого статного мужчины в красном бархатном халате и с длинной белой бородой.
Признаться - я тоже.
Смотрю на него во все глаза и даже ради приличия не могу отвернуться. Бархатный голос, широкие плечи, а взгляд такой, как будто он уже меня…
Блин! Что за мысли!
Надо как-то настроиться на нормальный лад, успокоиться что-ли. Вести себя подобающим образом, все же у ребенка праздник. Это у меня в бошке черт знает что!
— Дед Мороз! Дед Мороз, — дочь начинает заученно скандировать стихотворение.
Моя мама улыбается, смахивает набежавшую слезу. Смотрит на малышку и шевелит губами, читая про себя ее стишок. Чтобы подсказать если что. Динка — она такая, если что забудет — то сразу в рев.
— Ыыыыы, — малышка быстро считала мои мысли. Строчку все-таки забыла, а мама убежала выключать подгорающий пирог. У нее там всего полно на плите и в духовке!
Сегодня к нам придут родственники и мамина подруга. Новый Год будем встречать тихо и скромно, в кругу маминых ровесников и друзей. Как говорится — по-семейному. Что поделаешь, если уж так решено.
— Ну что-ты что-ты, — Дед Мороз обнимает и сажает малышку на руки, — у тебя самый лучший в мире стишок. А плакать таким красавицам нельзя ни в коем случае!
Он смотрит ей в глаза и подмигивает.
А я представляю, будто бы мне.
— Дед Мороз целый год за тобой следил, смотрел на твое поведение. И знаешь чем он недоволен?
Красавец притворно хмурит брови и надувает губы.
— И чеем? — дочка округляет серые глазки.
— Тем, что ты часто плачешь. Наверное, маму расстраиваешь своими слезками, да?
И он оборачивается на меня. Смотрит прямо и вскидывает бровь, типа ждет от меня ответа.
Волна жара обдает мое тело. Мой искрометный юмор с ногами залез ко мне в задницу. Я молчу как рыба, надеюсь, что моя мама заполнит тишину. Но из кухни слышится тихое “Да хорошо все, Лен, приходи сегодня к шести, как договаривались”.
Ясно. Мама болтает по телефону.
В воздухе повисает неловкая тишина.
Улыбаюсь красавцу и быстро-быстро киваю. Кажусь, наверное, дурочкой, но ничего другого изобразить не могу. Зачем-то открываю рот и говорю глупое:
— Да мама сама часто плачет. Мы обе с ней ревушки.
И хихикаю, поднимая плечи. От смущения потираю ладони друг об друга и тру место, где еще недавно было обручальное кольцо.
Он переводит взгляд на мои пальцы и быстро возвращает обратно. В его глазах молнией пролетает понятная мне мысль.
— Мямя чааста плааачиит, — выдает с потрохами меня ребенок.
Ей ведь всего четыре года! Откуда она знает, что я по ночам реву? Наверное, видела мои слезы, когда я не в настроении в дневное время. Но чтобы вот так выдать меня с головой!
— Мама такая красавица и плачет?
Игриво улыбаясь, Дед Мороз переключает внимание на меня.
— Бывает, — улыбаюсь и выкручиваюсь, — когда пылинка в глаз попадет.
И в ответ ему подмигиваю.
Надо как-то заканчивать эту тему, а то я не на шутку разволновалась. Да и не хочу казаться такой уж несчастной. Впрочем, про слезы я сказала сама.
Мда…
— Пылинка… — заключает он, поворачиваясь к малышке. Только вот говорит интонацией совсем не игровой. Не так, как только что сюсюкался с малышкой.
— Волшебная? — дочь уже сама, по ходу, придумывает сценарий.
— Еще какая! А потому нужно заклинание…
И ряженый красавец поднимает руки и начинает колдовать.
У него накачанные плечи и такая крепкая фигура, что даже через ткань халата я вижу хороший такой рельеф. Воображение рисует плотный орех мужской попы и перемещается вперед.
Я вижу подрагивающий член, направленный в мою сторону. Представляю, как опускаюсь на колени, беру его в руку и плотно сжимаю пальцами в кольцо. Смотрю на головку, с натянутой до блеска кожей. Бордовая, с белесой капелькой на конце, которую так и хочется слизать.
Непроизвольно облизываюсь и кусаю нижнюю губу. Дед Мороз замечает это и принимает за кокетство.
Черт, как неудобно вышло! Я не из тех, что вешаются мужикам на шею. Я могу представить что угодно, возжелать, захотеть! Но… чтобы вот так прямо нагло вешаться? Не, не слышала!
— Смотри! — красавец обращается к дочке, продолжая сценарий.
Колдовские танцы отвлекли внимание Динки и теперь она по-настоящему удивлена. В больших красных варежках Деда Мороза лежит маленькая заводная игрушка. Щенок, который будет лаять, стоит его завести — наш с мамой подарок дочке на долгожданный праздник.