— Ну, всего хорошего вам. Вашему дому, вашей семье! И вашей малышке, — он улыбается дочке.
— Пакааа, — Динка машет руками и что-то жует. Рядом с моей мамой она никогда не бывает голодной, — Плиходи еще!
— Какая хитрая, — смеется мама, — че, понравилось подарки получать?
В кухне смесь пряных запахов перекликается со сладким ароматом домашних коржей. Мед уже топится на водяной баньке, а сгущенка для печеньев и торта муравейник постепенно исчезает в дочкином рту.
Мама благодарит Деда Мороза и продолжает возиться с готовкой. Попрощавшись, он отправляется в коридор. Я за ним.
— Вкусно пахнет кааак, — он утрированно вдыхает воздух носом.
“Приходи к шести” — чуть не вырвалось у меня автоматом.
Он внимательно смотрит на меня, а потом эмоционально округляет глаза:
— Чуть не забыл! — хлопает себя по лбу, — напомните-ка ваш номер.
Он достает смартфон и разблокирует экран.
Не подумав, я начинаю диктовать:
— Восемь девятьсот…
И на середине цифр осекаюсь. Зачем ему это?
Замолкаю и смеясь на него смотрю.
— А… зачем вам?
— Как зачем? Надо. Мне нужно заявку закрыть, они у меня рассортированы по номерам. Иначе я не найду, — выдает он с наездом.
— А, — расстроенно выдыхаю, — Вас вызывала мама. Сейчас я продиктую ее номер.
Честно говоря, я хз где мама оторвала бесплатного Дед мороза. Мы ни копейки ему не платили, а он пришел и развеселил всю семью! Был в соцсетях клич: кто хочет — оставьте заявку, спонсор чего-то там оплатит желающим подарок — поздравление Деда Мороза. Но подарок надо покупать самим.
— Нет-нет. Мне нужно, чтобы вы оставили свой отзыв. Поверьте, это здорово мне поможет, — и он делает крайне серьезное лицо.
Растерявшись, диктую цифры. Мало ли, вдруг красавчик работает под строгим руководством? С него спросят как и что, а я, зараза такая, даже написать благодарность ему не смогла.
Диктую, он перепроверяет и тут же звонит. Мой телефон негромко пиликает.
— Ага, спасибо, — услышав рингтон, Санта Клаус или кто он там — нажал на отбой.
Он открывает входную дверь. Внутри меня на тысячи осколков рушится пузырек шаткого счастья, только что вызревший внутри. Его крепкая спина, сильные руки и мощная шея — увы, все это я больше не увижу уже ни-ко-гда.
К горлу подступил мерзкий ком, в груди заскребли острыми коготками мыши.
— Спасибо и… до свидания, — улыбаюсь одними губами.
— Так, значится… — он оборачивается. Его широкая фигура располагается между косяком и дверью, — сладенькое и горячее. Окей. И не забудь: в новогоднюю ночь таким красавицам не до сна!
Он задевает мою щеку пальцем, подмигивает и уходит. Я остаюсь стоять в дверях и раскрыв рот смотреть в подъездную пустоту.
— Гав-гав-гав, — возвращает меня к реальной жизни.
— Мааайя, — зовет мама, — Дед Мороз уже ушел? А то у меня есть кусочек сладенького пирожка… Только что из духовки. Пока горячий…
“Мама. Он сам как сладенький пирожок. И очень горячий”.
И пока мама не видит, я прикладываю руки к сердцу и молю, возведя глаза к подъездной лампочке:
“О, боже. Я тоже хочу сладкий новогодний подарок! Красивого, мускулистого, накачанного… нешоколадного Дед Мороза! Можно сразу без обертки. Ммм…”
Глава 3. Сласти в душе
Оливье, селедка, шампанское… Мамины подруги шутят, приложив ручки в груди: “А еще недавно ты была вооот такой маленькой. Тебе открывали детское шампанское на Новый Год...
— … помнишь?”
— Неа, — лениво.
— Тебе было двенадцать.
Блин! Да я уже совсем взрослая была!
Помню скукотень, меня тогда не отпустили на вписку. Друзья тусили с одногодками, а я, блин, сидела за столом. И прихлебывала “детское”.
Да! Было такое!
Похоже, и сегодня меня оно ждет.
Захожу на кухню и быстро тырю помадку для торта. Нагло запускаю пальцы в кастрюлю — а потом в рот.
Мама не видит. А если увидит — не удивится. Главное, чтобы на кухне не было родни или ее друзей. А то ей придется оправдываться, что я такая некультурная. Ведь все должно быть “как надо”. А то вдруг Дед Мороз по попе ата-та.
Я представила Деда Мороза с большой-большой такой палкой, она еле-еле умещается у него в штанах.
Вот интересно, как он наказывает плохих девочек?
Бьет лобком по попке в догги-стайл или заставляет сосать? Брать глубоко в горло и пропускать большую палку внутрь. Давиться до слез и потом все до капельки глотать.
Эх, какие же у меня мечты! “Чистые! Новогодние!” Аж самой становится смешно.
Мама носится по кухне и не видит, что за столом уже два нахлебника. Я и дочка — вдвоем едим за обе щеки. На глазах Динки я ныряю пальцем в кастрюлю, достаю сладенькое — и быстренько ем.