— Так расскажите о своей жене, она здесь?
— Нет, она в своем доме, она тут не живет. Отец женил меня, когда мне было семнадцать.
— Аа, вот оно как.
Мне стало интересно. Применяет ли Тан Ке Ши к супруге свои садисткие увлечения. Скорее всего эта девушка из знатного рода, но раз она не живет с ним в одном доме вполне возможно, что Тан Ке Ши ее не любит. Может, он вынужден вести себя с ней прилично? Хотя по знатности нет никого выше рода Эль-Тимура во всей Юани.
— О чем ты думаешь? — спросил он.
— А ничего, — махнула я рукой.
Как оказалось держать дистанцию с Тан Ке Ши и контролировать его выпады — дело почти невозможное. Он действовала для моего мозга совершенно нелогично. Вот и сейчас вдруг ни с того ни с сего он вновь сорвался с места, коршуном навис надо мной, схватив за талию, он прижал меня к себе, встав на колени и зашипел прямо мне в лицо:
— Я прикажу одеть тебя как женщину, и овладею тобой сегодняшней ночью. Но ты не переживай, будет больно, но тебе понравится. Думаешь я забыл тебя или оставил? Нет. Я не переставал думать о тебе. И мне совершенно не интересно твое мнение на этот счет. Ты станешь моей рабыней.
— Нет, — ответила я, глядя в его глаза.
Он шумно и зло выдохнул и впился в мои губы. Мне было больно. Но я не хотела этого показать, зная, что такое только доставит ему удовольствие. Но когда его руки стали подниматься вверх по спине, я не выдержала и оттолкнула его.
— Хватит, оставьте меня, — я почувствовала кровь на губах и сплюнула ее на пол.
Тан Ке Ши рассмеялся, но не стал больше приближаться.
— Я приду…ночью, — он поднялся и отошел к двери, — будь готова. Можешь ничего не делать, просто будь собой, мне нравится.
Еще какое-то время он молча взирал на меня. Я чувствовала себя как никогда униженной. Тогда он вышел. И только после этого я позволила себе упасть на матрас и расплакаться. Я не знаю выхода. Я слишком слабая. Я не могу оказать должного сопротивления и мне не хватает хладнокровия и умения, чтобы управлять Тан Ке Ши. Я в ловушке.
Слезы постепенно утихли. Я села, собираясь поискать воды, и только сейчас заметила тень под дверью. Кто-то стоял там, а потом, словно почувствовав мое внимание, сразу отошел. Я услышала по коридору звук тяжелых шагов как от военных сапог. Это Тан Ке Ши должно быть. Он что стоял и слушал как я плачу. Это и называется садизм? Или это выражение тайного сочувствия, в котором он сам не отдает себе отчет?
Иногда, в такие минуты, меня вдруг нестерпимо бросало в сон. Может, это что-то нервное, но от напряжения, я бывает засыпаю. Я прилегла на постель, забралась под одеяло и вяло размышляла о способах спасения. Что подумает Тал Тал, поймет ли он, куда я пропала или ему будет все равно.
Эта мысль, что я могу больше не увидеть Тал Тала, став бесправной наложницей Тан Ке Ши, ужаснула меня. Теперь-то я по достоинству оценила благородный жест Тал Тала, он не требовал ничего от меня, предлагая фиктивный брак. К черту любовь, как говорит Светлана Лобода, гораздо больше меня интересует как раз невыполнение супружеских обязанностей.
Я закрыла глаза, настраиваясь. Я-то знаю, что способно выбить Тан Ке Ши из строя. Это его отец. Я поморщилась, это почему-то казалось мне запрещенным ходом. Не хотелось втаптывать Тан Ке Ши в грязь, хотя я и знаю как. Но я еще не потеряла остатков своей чести. Как ни странно вспомнилась наша первая встреча и разговор о чести. Кто бы знал, что уже через пару месяцев он соберется меня лишать ее.
Дверь вдруг открылась. Вошли две служанки. Я поняла зачем. Было два выхода: отчаянно сопротивляться или подчиниться им. Интересно, к чему приведет сопротивление. Может, они позовут Тан Ке Ши, или сами изобьют меня или вколят наркотик какой. Ой, шприцов же еще нет.
— Вставай, — велела служанка, — господин сказал приготовить тебя как новую наложницу.
— Я не наложница, — я скрестила руки на груди, вжавшись в постель.
Служанки переглянулись и зашептались.
— Это девушка вообще?
— Это евнух!
— Он цветноглазый.
— Фу, уродство.
— Это же наш господин, знаешь его вкусы.
— Эй, ты! Евнух-сэму, вставай и топай сюда! — грозно повторила мне служанка.
— И не подумаю, — я выпятила губы, больно задетая их комментариями о моей внешности.
И почему все видят во мне уродину. Так тяжко это. Я никогда не обладала модельной внешностью, но всегда считала себя довольно милой, несмотря на это мне очень часто приходилось терпеть нападки на свою внешность, то из-за маленького роста, то из-за веснушек. Люди иногда так жестоки, так почему тогда, если эти женщины видят во мне уродину, Тан Ке Ши так прицепился ко мне. Неужто правда из-за своей извращенной фантазии.
Одна из женщин подошла ко мне, схватила за руку и рывком попыталась поднять, я не подчинилась ей. Буду драться, если придется. Тогда уже вдвоем они накинулись на меня, пытаясь поднять. У них получилось это, но я стала сопротивляться, не делая и шага из комнаты. Вскоре они устали от моего поведения и вышли. Я понимала, что это еще не победа. Потому что они вернулись и уже не одни. Тан Ке Ши был с ним. На его лице играла торжествующая улыбка.
— Я приведу еще служанок, и тебя силой будут переодевать, — заявил он, посмеиваясь, — а еще я останусь здесь и буду смотреть. Разденьте ее!
— Стоп! — я прикрыла стратегические места руками, хотя и была в одежде.
— Ты победил, Тан Ке Ши, но только в первом раунде. Я согласна.
— Мне это приятно слышать, — ответил он.
— Не очень-то веселись. Но если тебе нравится, я всегда могу быть покорной, — я пристально посмотрела на него.
Что если это план. Он хочет сопротивления, насилия. Это его возбуждает. А если я превращусь в безропотную овечку. Если сдамся до срока, будет ли это ему интересно.
— Мне нравится, — он опустил взгляд, — не знаю почему, но мне нравится. Ты особенная для меня, начинайте, не хочу долго ждать. И… Мату, я же знаю, что это еще не конец игры с твоей стороны. Я же вижу, что нет.
А его так сразу не проймешь. Но я испробую все методы. Тан Ке Ши вышел.
— Ну давайте делайте свою работу! — обратилась я к слугам.
Они скривились при виде меня.
Поначалу как всегда меня заставили принять ванну с лепестками разных цветов. Дело это было нелегким и унизительным. Обычно я купалась сама, но сейчас служанки следовали за мной по пятам, нелестно разглядывая мое обнаженное тело. Это было очень сложно для меня, слушать их комментарии:
— Интересно, какое тело у сэму?
— Это и правда девица.
— А фигурка у нее неплохая. Кожа такая белая. А может и получиться из нее красавица. Господин Тан Ке Ши уж как глаз на нее положил.
Что ж, и на том спасибо. После омовений во все тело необходимо было втирать ароматические масла с терпким тяжелым цветочным запахом.
— Что это, так пахнет сильно? — спросила я.
— Это мимоза, дорогуша, — растирая мою руку, служанка весело улыбнулась.
— Мимоза, зачем?
— Феромоны, для возбуждения, понимаешь о чем я? Ты девственница?
Я покраснела. Ну и вопросики у них.
— Я же для твоего блага спрашиваю, — тут же пояснила служанка, — эх не повезло тебе, господин Тан Ке Ши, точно зверь.
Меня от страха опять начало тошнить. Женщины опечаленно принялись сновать вокруг меня, подбирая одежду. Чувствуя их сострадание, я стала впадать в панику. А если не удасться избежать самого страшного. Что ж я вот так вот запросто отдамся Тан Ке Ши, да еще и в какой-то зверской манере. По моим щекам потекли слезы, и не было сил их сдержать.
Служанки начали нашептывать какие-то советы, типа расслабиться, или возбудить господина до такой степени, чтоб все прошло побыстрее. Но это делало мое состояние только хуже. Нет, я этого не вынесу.
В итоге меня облачили в прозрачное нижнее белье, белый халат с синей тесемкой, перевязанный под грудью драгоценным поясом, сверху полагался алый халат с золотыми вышивками. Все это было не так плохо, хотя бы не голой потащили в спальню.