И вот что-то показалось вдали на рельсах. Мэрч подался вперед, вглядываясь, и — ура! — это был старый добрый «Том Там», который ехал задом наперед, его фордовский двигатель рычал на реверсе.
Хорошо. Мэрч щелчком выбросил «Мальборо» и подбежал к грузовику. Он быстро привел его в нужное положение на переезде, так что, когда «Том Там» прибыл, все было готово.
Чефвик остановил локомотив в нескольких ярдах от заднего конца фургона. Он уже выглядел немного печальным от того, что ему предстояло вернуться к своим нормальным размерам, но выбора не было. Его Волшебный Напиток был испит до дна.
Пока Гринвуд охранял Проскера в тендере, Дортмундер и Келп, сняв гидрокостюмы, сошли вниз и установили скат. Чефвик аккуратно подал локомотив вверх, в фургон, затем Дортмундер и Келп упаковали устройство для въезда, Келп забрался в кузов, Дортмундер закрыл задние двери и, обойдя машину, сел в кабину к Мэрчу.
Мэрч спросил:
— Все в порядке?
— Без проблем.
— В ближайшее место?
— Сойдет, — кивнул Дортмундер.
Мэрч выжал сцепление и повел грузовик вперед, а через две мили сделал плавный поворот налево, на узкую грунтовую дорогу, одну из многих проселочных дорог, разведанных ими за последние две недели.
Эта, как они знали, уходила в леса и, по большому счету, не вела никуда. Ее первые полмили несли на себе признаки того, что временами ею пользовались автолюбовники, но дальше колеи становились все уже, все гуще покрывала их трава, и в конце концов дорога полностью исчезала посреди сухой долины, лишенной всяких следов человека. Лишь кое-где валялись отесанные камни, составлявшие, видимо, когда-то ограды. Вероятно, в свое время здесь была ферма или даже небольшой поселок. Лесистые земли североамериканских штатов полны давно заброшенных ферм и таких же сельских городков, часть из которых исчезла без следа, а другая все еще была обозначена случайно уцелевшим куском каменной стены или полузаросшей могильной плитой, отмечавшей то место, где некогда располагался церковный двор.
Мэрч завел грузовик настолько далеко, насколько хватило смелости, и остановился.
— Слушайте тишину, — сказал он.
Стоял полдень, и леса были абсолютно беззвучны. Это была более мягкая, приглушенная тишина, чем та, которая наступила в психолечебнице после автоматной очереди, выпущенной Дортмундером, но такая же полная и глубокая.
Дортмундер вылез из кабины, и когда он захлопнул дверь, звук раскатился меж деревьев, как грохот взрыва. Мэрч вышел с противоположной стороны, и они пошли вдоль разных бортов трайлера и встретились снова в его конце. Вокруг них повсюду были стволы деревьев, под ногами — оранжевые и красные листья. Листья все еще покрывали и ветви и все время падали, подрагивая, с веток вниз, как бы производя небольшое постоянное движение в окружавшем воздухе, которое заставляло Дортмундера бросать быстрые острые взгляды то в одну, то в другую сторону.
Дортмундер открыл заднюю дверь, и они с Мэрчем забрались в фургон. Его внутренность освещалась тремя светильниками матового стекла, расположенными наверху, и все его пространство было почти целиком заполнено локомотивом, справа от которого свободного места не было вовсе, а слева оставался узкий проход, еле позволявший проскользнуть вдоль него. Дортмундер и Мэрч пробрались к передней части тендера и влезли туда.
Проскер сидел на ящике с оружием, и выражение невинного беспамятства на его лице начинало давать первые трещины. Келп, Гринвуд и Чефвик стояли вокруг и смотрели на него. Оружия ни у кого видно не было.
Дортмундер подошел к Проскеру и сказал:
— Проскер, это просто, как мочало. Если ты отнимаешь у нас изумруд, мы отнимаем у тебя жизнь. Раскалывайся поживее!
Проскер посмотрел снизу вверх на Дортмундера невинно, как щенок, наделавший в неположенном месте, и проговорил:
— Я понятия не имею, о чем вы все твердите. Я больной человек.
Гринвуд с отвращением произнес:
— Давайте привяжем его к рельсам и прогоним по нему поезд разок-другой. Может, он тогда разговорится.
— Я сильно сомневаюсь, — сказал Чефвик.
— Мэрч, Келп, выведите его наружу и покажите, где мы сейчас находимся, — распорядился Дортмундер.
— Есть, — Мэрч и Келп весьма невежливо подхватили Проскера под локотки, стащили с тендера и протолкнули по узкому проходу в заднюю часть фургона. Они распахнули дверь и показали ему лес, деревья, сквозь листву которых послеполуденное солнце бросало яркие косые лучи, и когда Проскер нагляделся на все это, они снова захлопнули дверь, притащили его назад и опять посадили на ящик с оружием.