— Это рейс «Панамерикэн», сэр?
— Мы не знаем… какая компания и куда они направляются.
Дверь кабинета открылась, и в нее вошел эбеновый человек, отражая свет своими очками. Дортмундер буркнул в трубку: «Подождите секундочку». Он прижал микрофон к груди и направил револьвер Гринвуда на эбенового человека. «Встань туда», — сказал он, указывая на голый простенок вдали от выхода.
Эбеновый человек поднял руки и стал в простенок.
Дортмундер, направив глаза и револьвер на эбенового человека, сказал в трубку:
— Прошу прощения. С матерью невесты истерика.
— Сэр, все, чем вы располагаете, — номер рейса и время отправления?
— И что вылет из «Кеннеди».
— Это может занять некоторое время, сэр.
— Я готов подождать.
— Не вешайте трубку.
— Конечно…
В трубке раздался щелчок, и Дортмундер сказал Чефвику:
— Обыщите его.
— Сию минуту. — Чефвик обыскал эбенового человека и вернулся с автоматическим пистолетом беретта «Джетфайр» калибра 0,25, маленьким гнусным оружием, с которым Келп уже познакомился немного раньше.
— Свяжите его, — сказал Дортмундер.
— Как раз моя мысль, — отозвался Чефвик. Он сказал эбеновому человеку: — Дайте мне ваш галстук и шнурки от ботинок.
— Вы проиграете, — сказал эбеновый человек.
Дортмундер сказал:
— Если он предпочитает быть застреленным, суньте пистолет поглубже ему в живот, чтобы приглушить звук.
— Естественно, — сказал Чефвик.
— Я окажу сотрудничество, — произнес эбеновый человек, начав снимать галстук. — Но это ничего не даст. Вы проиграете.
Дортмундер продолжал прижимать трубку к уху и держать под прицелом эбенового человека, который отдал галстук и шнурки Чефвику.
— Теперь снимите ваши ботинки и носки и ложитесь на пол, лицом вниз, — приказал Чефвик.
— Неважно, что вы сделаете со мной, — сказал эбеновый человек. — Я ничего не значу, а вы проиграете.
— Если не поторопишься, — сказал Дортмундер, — станешь значить еще меньше.
Эбеновый человек сел на пол и снял туфли и носки, затем лег лицом вниз. Чефвик с помощью одного шнурка связал вместе большие пальцы рук у него за спиной, с помощью другого — большие пальцы ног, а галстук запихал эбеновому человеку в рот.
Чефвик как раз заканчивал всю процедуру, когда Дортмундер услышал еще один щелчок, и женский голос сказал:
— Алло, я нашла его, сэр.
— Я чрезвычайно признателен вам, — сказал Дортмундер.
— Это рейс «Эйр Франс» в Париж, — сказала она. — Это единственный рейс с таким номером, вылетающий в указанное время.
— Большое вам спасибо, — сказал Дортмундер.
— Как это романтично, да, сэр? — сказала она. — Похищать невесту в Париж.
— Наверное, — сказал Дортмундер.
— Как ужасно, что он уже женат.
— Такие вещи случаются, — сказал Дортмундер. — Спасибо еще раз.
— Всегда готовы услужить, сэр.
Дортмундер повесил трубку и сказал Чефвику:
— «Эйр Франс» в Париж. Помогите мне оттащить эту пташку сюда, за стол. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь обнаружил его и освободил, и он смог бы позвонить майору в «Кеннеди».
Они уложили эбенового человека позади стола и покинули посольство, не встретив более никого. Гринвуд все еще торчал у дверей, опираясь на железную ограду. Он присоединился к ним, и пока они шли к углу, пересекали улицу и подходили к будке, в которой сидел Мэрч, Дортмундер сообщил ему, что они узнали. Около будки Дортмундер сказал:
— Чефвик, оставайтесь здесь. Когда Келп позвонит, скажите ему, что мы едем, и пусть он оставит для нас записку в агентстве «Эйр Франс». Если они поехали не в «Кеннеди», а в другое место, ждите здесь, и если в «Эйр Франс» записки не будет, мы вам позвоним.
Чефвик кивнул.
— Очень хорошо, — сказал он.
— Мы встречаемся в «О. Дж.», когда все будет кончено, — сказал Дортмундер. — Если нам придется расстаться, встретимся там.
— Это может быть поздно вечером, — сказал Чефвик. — Лучше я позвоню Мод.
— Не занимайте этот телефон.
— О, нет. Удачи вам.
— Это бы не помешало, — сказал Дортмундер. — Пошли, Мэрч, посмотрим, насколько быстро ты сможешь довезти нас в аэропорт «Кеннеди».
— Ну, отсюда, — проговорил Мэрч, пока они трусили через улицу к его машине, — я рвану прямо по ФДР-драйв к Триборо…
5
У девушки за стойкой «Эйр Франс» был французский акцент.