Это плохо. Очень плохо.
Глава 4
Глава 5
Благодаря макбуку Джеймса мне удается потратить приличное количество часов на исследование своей диссертации. Я сохраняю свой документ в папке с именем "ОСТОРОЖНО! РАБОТА ОЛИВИИ ДЖЕКСОН" и отправляю себе копию по электронной почте.
У меня еще есть пять минут до того, как нужно будет отправиться на индивидуальную беседу, и непреодолимое желание пошариться в его макбуке берет верх. Джеймс Хадсон остается загадкой, и я хочу раскрыть его самые сокровенные секреты. Тем не менее, у меня есть свои пределы, и нарушать его частную жизнь таким образом кажется неправильным. Поэтому я выключаю макбук и решаю отправиться на поиски его кабинета раньше, чем нужно.
Он был прав. Кабинет расположен недалеко от входа в здание, но о чем он не упомянул, насколько он роскошный. Вдоль стены напротив его двери стоят кожаные диваны, но главным фокусом является книжная полка с классической литературой. Я беру в руки "Гордость и предубеждение"...
― Спасибо, что пришли. Увидимся завтра на занятиях, ― голос Джеймса пугает меня, и я роняю книгу, отчаянно стараясь не выругаться, когда она приземляется мне на ногу.
― До свидания, профессор Хадсон, ― Кларисса прижимает папку к груди и улыбается мне, выходя из его кабинета.
― Разрушаешь это место, Оливия? ― улыбаясь, спрашивает Джеймс.
Я быстро возвращаю "Гордость и предубеждение" на ее законное место и следую за ним в его кабинет. Как и зона ожидания, он великолепен. Рабочий стол из красного дерева размером с мою спальню стоит посередине комнаты, а диван, такой же, как и тот, что снаружи, стоит у окна, за которым открывается захватывающий эркерный вид на центр города.
― Милое местечко, ― говорю я, отмечая, что помещение впитало его запах.
Лемонграсс и сандаловое дерево быстро становятся моими любимыми ароматами.
― Спасибо.
Я оглядываю его огромный стеллаж.
― Это работы прошлых студентов.
― О. Вы не врали о результатах, ― говорю я, присаживаясь на диван. К моему удивлению, он садится рядом со мной.
― Ты провела исследование?
― Да, спасибо, ― я возвращаю ему его макбук.
― Тебе он больше не нужен? ― спрашивает он, не решаясь взять его обратно.
― Я могу взять один в библиотеке, ― уверяю я его.
Он кивает и ставит макбук на столик рядом с нами.
― Кстати, ты была права.
― А?
― Насчет Клариссы. Ее отец умер две недели назад.
― Вот блин!
― Я извинился перед ней за свое поведение, и она согласилась вернуться к занятиям завтра.
По его напряженной позе и скулам я могу сказать, что он чувствует себя ужасно из-за того, как обошелся с ней вчера.
― Вы не знали, ― успокаиваю я его.
― Но ты была права. Я должен был предположить, что что-то не так, ― я пожимаю плечами. ― Мне очень жаль, ― говорит он, понижая голос до нежного шепота.
Я подстраиваюсь под его тон и чуть-чуть приближаю свою голову к его:
― Вы прощены.
Он улыбается и берет мое эссе из стопки бумаг на своем столе.
― У тебя есть потенциал, Оливия, ― моя улыбка появляется незамедлительно. ― Но тебе предстоит пройти долгий путь.
Ой.
― Твоя тема и аргументы были интригующими, но твой голос... посредственный.
Я прищуриваю взгляд.
― Посредственный?
― Это было прекрасно, ― уточняет он. ― Но я знаю, что ты можешь больше.
У меня нет ответа. Никто никогда не называл мою работу посредственной.
― Какие у тебя планы на будущее? ― спрашивает он, доставая очки для чтения из внутреннего кармана блейзера.
Я облажалась!
― Я хочу издавать книги.
― В каком жанре?
Я пожимаю плечами.
Он вздыхает.
― Это твоя проблема, Оливия. Ты не знаешь.
Я сижу молча, застигнутая врасплох его критикой.
― Писала ли ты какие-нибудь книги в свободное время?
Я киваю.
― Да.
― В каком жанре?
― Детская литература. Исторический роман. Фантастика.
Он улыбается.
― Что тебе больше всего понравилось писать? ― спрашивает он, пристально глядя на меня. ―Какой из них вызвал у тебя наибольший отклик?
Я понятия не имею.
― Э-эм... ― я ломаюсь под его пристальным взглядом. ― Я бездарна, да? ― я закрываю голову руками, злясь на себя. ― Я так усердно трудилась, чтобы попасть сюда, и теперь я собираюсь все испортить.
― Ты ничего не испортишь, Оливия.
Я поднимаю глаза и вижу его доброе и уверенное лицо.