― Оливия?
Слава Богу, он быстро отвечает на звонки!
― Привет, тебе нужно поскорее приехать. Николь!
― С ней все в порядке?
Его забота безотлагательна.
― Я с ней, и она в безопасности, но... ― я замолкаю, не совсем уверенная, что сказать. ― Ей плохо, и я думаю, что она сделала это нарочно.
― Проклятье! ― говорит он, задыхаясь. ― Я уже еду. Не оставляй ее одну, пожалуйста.
― Конечно, ― отвечаю я и завершаю звонок.
Я не делаю попыток сдвинуть Николь с места и вместо этого обнимаю ее на полу нашей ванной. Она прижимается к моему телу так, как будто больше всего сейчас нуждается в этом.
― Он уже едет, ― я медленно поглаживаю ее по спине. ― С тобой все будет хорошо.
Я повторяю эту мантру снова и снова, пока не слышу, как открывается и закрывается входная дверь.
― Николь?
― В ванной! ― кричу я.
Хватка Николь на мне усиливается по мере того, как шаги ее брата становятся все ближе. Он открывает дверь и сразу же опускается к нам на пол.
― Привет, моя беда. Все хорошо, я рядом,― шепчет он, убирая волосы с ее лица. ― Давай я отведу тебя в постель?
Она кивает, но не делает попытки пошевелиться.
― Мне нужно, чтобы ты сейчас встала, ― говорит он, коротко взглянув на меня. ― Оливия поможет.
Это требует огромных усилий, но нам с Джеймсом удается поднять ее и уложить в постель. Она ни разу не отпускает мою руку, и я делаю все возможное, чтобы убедить ее, что я никуда не уйду.
― Что случилось, Никки? ― спрашивает он, поглаживая ее по волосам. Ее тело ослабло от всех этих рыданий.
― Я ничего не могла с собой поделать, ― говорит она срывающимся голосом. ― День был таким напряженным, и мне так тяжело приспособиться.. у меня ничего не получается, Джейми.
― Хорошо, ― отвечает он, не пытаясь ни решить ее проблемы, ни диагностировать их. Он просто выслушивает ее проблемы и дает ей понять, что он здесь ради нее.
― Мне жаль, что я подвела тебя.
― Ты меня не подвела, ― уверяет он, все еще нежно лаская ее волосы. ― Рецидив - это нормально, Никки. Мы сильные с тобой, главное, что сейчас с тобой все хорошо.
Я восхищаюсь тем, как он справляется с этим. Такой спокойный и собранный. Особенно когда я чувствую его истинную озабоченность. Наверное, нелегко видеть ее такой.
Из того, что я могу почерпнуть из обрывков их разговора, у Николь расстройство пищевого поведения, и оно было у нее некоторое время. Это, должно быть, тяжело для них обоих. Николь за то, что ей пришлось пройти через это, и Джеймсу за то, что он был беспомощным свидетелем.
― Что нам теперь делать? ― спрашивает она.
Ее нервы напрягаются, когда она сжимает мою руку.
― Я позвоню доктору Чатману. Посмотрим, может он назначит тебе консультацию.
― Никакой реабилитации? ― ее слезы возвращаются.
― Нет, никакой реабилитации, Никки.
Она кивает.
― Я не хочу возвращаться туда, Джейми.
― Тогда тебе придется работать с нами, ― объясняет он. ― В следующий раз, когда ты начнешь испытывать стресс, скажи мне или Оливии, кому угодно.
Она вдруг обеспокоенно смотрит на меня.
― Теперь ты, вероятно, захочешь новую соседку по комнате. Кто захочет делить квартиру с уродом?
― Я не считаю тебя уродом. Я думаю, что сейчас тебе нужен друг, как и мне. Мы с тобой идеальная пара.
Она улыбается в знак признательности. Джеймс тоже.
― Я пойду позвоню доктору Чатману.
Николь кивает и ждет, пока Джеймс выйдет из комнаты, прежде чем заговорить снова.
― Я ненавижу разочаровывать его.
― Ты его не разочаровала. У тебя психическое расстройство, Николь. Это не простуда, от которой так просто избавиться. Это занимает время, Джеймс умен и он это понимает.
Она прижимается щекой к подушке.
― Ты такая мудрая, ― я смеюсь. ― Тебе правда нужен друг?
― Да. Мне двадцать один, и у меня никогда его не было.
― У меня тоже, ― признается она. ― Я много переезжала во время учебы. Было трудно заводить друзей.
Я кладу голову на подушку рядом с ней, практически нос к носу.
― Тогда давай пообещаем присматривать друг за другом.
Она кивает, счастливо улыбаясь.
― Оливия?
― Да?
― Ты не проведаешь Джейми для меня? Я беспокоюсь о нем.
― Конечно, ― отвечаю я.
Забота, которую эти двое дарят друг другу, напоминает мне о нас с Валерией.
― Почему бы тебе немного не вздремнуть? Ты выглядишь измученной.
Я могу только представить, какому физическому напряжению сейчас подвергается ее тело.