Замечательного, внимательного Джеймса.
― Может, нам уже пора в крепость? ― предлагает он грязные намерения.
― К чему такая спешка? Что у тебя там запланировано? ― поддразниваю я.
Он отвечает со своей дьявольской ухмылкой:
― Ну, я очень хочу снять с тебя одежду и полакомиться клубникой с твоего прекрасного тела. И еще.. слушать, как ты произносишь мое имя снова и снова, пока мы будем заниматься любовью.
Заниматься любовью...
― Ну, что скажешь, детка?
― Я думаю, что это замечательная идея, ― отвечаю я, полностью разделяя его план. ― Только у меня есть одно условие.
― Ах, и какое?
Я ухмыляюсь, приподнимаясь на цыпочки, чтобы прошептать ему на ушко:
― Возьмите все под свой контроль, профессор...
Глава 18
Джеймс берет на себя власть немедленно. Он дергает за подол моего джемпера и за считанные секунды раздевает меня.
― Поцелуй меня, ― требует он.
Я делаю, как мне велели, и тянусь к его губам, но он останавливает меня.
― Не в губы, ― ухмыляется он. ― А сюда, ― он берет меня за руку, и мы вместе обхватываем его эрекцию.
Я быстро падаю на колени, более чем счастливая услужить. Его вкус опьяняет, когда я дразню головку его члена. Он стонет, когда я обхватываю губами его плоть и жадно посасываю, желая большего.
― Оливия, детка, мне нравится видеть тебя стоящей передо мной на коленях.
Я улыбаюсь с членом во рту, наслаждаясь каждой секундой. Он понятия не имеет, как сильно мне нравится наблюдать, как он теряет контроль из-за того, что я делаю. То, как хмурятся его брови, когда он испытывает глубокое удовольствие, больше всего заводит. И меня сводит с ума, когда он издает один из своих фирменных стонов.
― Встань, ― приказывает он, помогая мне, протягивая руки. Мне удается грациозно встать, и он улыбается. ― Сейчас я завяжу тебе глаза, ― продолжает он, ослабляя галстук.
Вот черт!
― И тебе не разрешается кончать, пока я не скажу. Понятно?
― Да, профессор.
Он ухмыляется, несомненно впечатленный.
― Закрой глаза.
Галстук туго ложится вокруг моей головы, и все становится черным. Мои остальные чувства немедленно включаются, слух и осязание обостряются сильнее всего. Я могу сказать, что он раздевается, по шуршанию одежды и учащенному дыханию.
Чем дольше я жду, тем влажнее становлюсь, а голова кружится от предвкушения. Я отчаянно хочу прикоснуться к нему. Почувствовать его твердые мускулы под кончиками пальцев. В конце концов, у меня не остается шанса, так как меня переворачивают на спину.
― Раздвинь ноги, детка.
Я подчиняюсь, стремясь произвести впечатление.
Джеймс мог бы в буквальном смысле попросить меня сделать что угодно прямо сейчас, и я бы с радостью это сделала. Я не испытываю ничего, кроме уважения к этому человеку, и понимаю, что хочу радовать его при каждой представившейся возможности.
― Ты выглядишь феноменально, Оливия, ― мурлычет он, проводя пальцем по моей гладкой киске.
Я задыхаюсь от этого ощущения, наряду с его комплиментом. Меня никогда не называли феноменальной, и "в очередной раз" Джеймс доказывает, что я достойна такой похвалы. Я верю в то, что он говорит. Возможно, это из-за его подачи? Он говорит это с такой убежденностью... В любом случае, чем дольше мы вместе, тем больше растет моя уверенность, и за это я никогда не смогу отблагодарить его в полной мере.
― Не могу поверить, что это все мое, ― шепчет он. ― Скажи мне, что ты принадлежишь мне.
― Только тебе, ― я тяжело дышу. Во мне просто все сжимается от таких разговоров.
― А теперь, скажи мне, чего ты хочешь, ― продолжает он, скользя пальцем по моей дырочке.
В ту секунду, когда он входит в меня глубоко пальцем, я вижу звезды.
― Я хочу, чтобы твое тело накрыло мое, ― отвечаю я, любя это больше всего на свете. ― Я хочу, чтобы ты вонзил свой член в мою киску и трахал меня до тех пор, пока единственное, что я буду знать, это твое имя.
Он резко выдыхает.
― Мне нравится, когда ты говоришь непристойности, Оливия.
Способность так ясно выражать себя рядом с ним никогда не перестает удивлять меня.
― Ноги шире, ― требует он, надавливая на мои бедра.
Я открываюсь для него и слегка задыхаюсь, когда его нежные губы касаются моего живота. Он покусывает кожу, затем облизывает это место и стонет от удовольствия.
Джеймс снова повторяет процесс, только на этот раз он втягивает зубами чувствительный сосок и посасывает его. Это восхитительное ощущение, граничащее с болью, но мне это нравится. Настолько сильно, что я покачиваю бедрами, чтобы немного ослабить давление, которое сейчас нарастает в моем теле.