― Хорошо, ― отвечает он. ― Я буду ждать.
Мы оба чувствуем сдвиг, я знаю это.
Мы больше не двое людей, занимающихся случайным сексом. То, что начиналось как бессмысленное развлечение, превратилось во что-то другое. Что-то удивительно неожиданное. Я не искала отношений, когда встретила Джеймса, но у Вселенной были другие планы на счет нас. Я стала лучше благодаря этому мужчине, и я уверена, что тоже пробуждаю в нем хорошее.
Мы равны. Мы партнеры. И я б...
Звонок моего телефона прерывает мои мысли.
― Не отвечай, ― говорит Джеймс греховным тоном.
― Это папа.
Я никогда не смогла бы добровольно игнорировать своего старика, поэтому нажимаю "Принять", и прежде чем я успеваю поприветствовать его со своей обычной веселостью, я сталкиваюсь с его напуганным голосом.
― Оливия. Валерия...
У меня сводит живот.
― Что случилось? С ней все в порядке?
― У нее была тяжелая ночь. Она сказала, что боль с каждым днем все сильнее усиливается. И что она не хочет больше... жить.
Мурашки пробегают вверх и вниз по моему телу.
― Ваша мама пошла проведать ее десять минут назад, и ее нет в комнате. Из ее банковской выписки следует, что она купила билет на поезд до Оксфорда. Она, должно быть, поехала к тебе.
Я ничего не отвечаю, слишком ошеломленная, чтобы переварить все это.
― Мы с мамой скоро приедем. Поездка займет у нас несколько часов.
Джеймс пытается вдохнуть в меня немного жизни, мягко подталкивая меня в плечо, но я не могу преодолеть туман в своем сознании.
― Оливия, милая?
В конце концов, Джеймс забирает у меня телефон.
― Мистер Джексон?
Я не слышу ответа моего отца, но предполагаю, что он ответил, потому что Джеймс продолжает разговор.
― Я сейчас поеду на вокзал и встречу ее.
Я умоляю свое тело откликнуться, но оно игнорирует меня.
Валерия больше не хочет жить...
Боль с каждым днем все сильнее усиливается...
― Оливия? ― голос Джеймса становится четче, когда его красивое лицо на дюйм приближается к моему. ― Мне нужно, чтобы ты сейчас взяла себя в руки, милая. Мы нужны Валерии.
Его лицо полно решимости, и это наполняет меня достаточной уверенностью, чтобы разрушить любые чары, под которыми я нахожусь.
― Хорошо.
― Одевайся. Я отвезу нас на станцию. Поезд Валерии должен скоро прибыть.
Я быстро одеваюсь и одновременно звоню сестре, надеясь, что она возьмет трубку. Она этого не делает, и в результате я тихо ругаюсь себе под нос.
― С ней все будет в порядке, ― заверяет Джеймс, притягивая меня к себе для быстрого объятья. Он целует вдоль линии моих волос и нежно поглаживает мои руки вверх и вниз, делая все возможное, чтобы успокоить меня.
― Она не хочет больше жить, ― шепчу я.
Эта единственная мысль крутится в моем мозгу, вызывая головокружение.
― Детка. Тебе, должно быть, тяжело это было услышать, но прямо сейчас тебе нужно быть сильной. Для Валерии, ― он наклоняет голову так, что его взгляд оказывается на одном уровне с моим. ― Позже, когда мы все решим, именно тогда ты сломаешься. И я буду обнимать тебя, хорошо? Я буду рядом с тобой все это время, поняла?
Я киваю, благодарная за его поддержку.
― Поехали, ― подбадривает он, держа меня за руку.
Как раз перед тем, как мы подходим к входной двери, у меня в кармане жужжит телефон, и я быстро его вытаскиваю. Имя сестры мелькает на экране, и я немного расслабляюсь, счастливая от осознания, что она жива.
По крайней мере, на данный момент.
Я открываю ее сообщение и смотрю на четыре слова, которые она напечатала.
― Это Валерия, ― говорю я Джеймсу.
― Что она написала?
Я поворачиваю экран в его сторону, позволяя ему прочитать ее сообщение.
Валерия:
Я хочу увидеть Джеймса.
Глава 19
Мы с Джеймсом прибыли на вокзал вскоре после того, как Валерия слезла с поезда. Она сидела на скамейке и дрожала от холода. Все мои инстинкты умоляли меня подбежать к ней и заключить в объятия, но вместо этого я осталась в машине Джеймса, уважая ее желания.
― Скажи ей, что я люблю ее, ― произнесла я, теребя рукав своего джемпера.
Джеймс ответил нежным поцелуем в губы и прикоснулся своим лбом к моему.
― Позвони своим родителям.
Я сделала, как было велено, и наблюдала за ним, пока он шел к ней через автостоянку. Она кажется такой напуганной. Увидев его, она закрыла лицо руками и начала безудержно рыдать. Я уже схватилась за ручки двери, но замерла, когда Джеймс обнял ее одним из своих потрясающих объятий.
Я не хотела мешать им, и понимала, что Валерии нужно поговорить с кем-то, кому она доверяет, и.. возможно, с кем-то, кого она считает непредвзятым человеком. Она знала Джеймса достаточно хорошо, чтобы понимать, что он принимает ее интересы близко к сердцу, но все равно он был для нее в некотором роде чужим человеком.