Моя общественная жизнь пострадала, когда я поставила учебу на первое место, а не дружбу. Люди не могли понять, почему я предпочитала свою курсовую работу вечеринкам.
И я не жалею об этом.
Я нахожусь здесь, благодаря своей целеустремленности. Но я часто задаюсь вопросом, каково это - иметь сплоченную компанию друзей. Группа поддержки, которая готова подбодрить меня где угодно и когда угодно. В тот день, когда меня приняли в Оксфордский университет, единственными людьми, с которыми я могла поделиться своими новостями, были мама, папа и Валерия.
Я безумно люблю их, но в какой момент этого становится недостаточно.
Жизнь в тени уже начинает меня душить. И все же мысль, чтобы выйти из зоны комфорта, приводит меня в ужас. Я считаю Николь своей подругой, но мы обе держим друг друга на расстоянии вытянутой руки. Мы довольно скрытные люди и не изводим друг друга, чтобы открыться.
Я бы не хотела разрушать то, что у нас есть, влюбляясь в ее "иногда невыносимого старшего брата".
Что бы ты ни делала, Оливия, не облажайся!
***
Проведя остаток дня в библиотеке, я, наконец, возвращаюсь домой со свеженаписанным эссе о Дж.Р.Р. Толкине. У меня удивительно пружинистая походка, когда я вприпрыжку поднимаюсь по лестнице в свою квартиру в наушниках.
Тейлор Свифт звучит у меня в ушах, когда я открываю входную дверь и кидаю свою сумку на пол. Я вхожу на кухню, где Николь смешивает что-то похожее на смесь для торта, и я нажимаю паузу в песне, чтобы поприветствовать ее.
― В честь чего торт?
― Это для Джейми. Сегодня у него был первый день преподавания.
― Еще раз здравствуй, Оливия.
Хриплый голос, которым я так часто наслаждаюсь, звучит у меня за спиной. Я поворачиваюсь и останавливаю свой взгляд на Джеймсе Хадсоне.
― Привет.
― Как прошел твой первый день? ― спрашивает меня Николь, добавляя сахар в свою смесь.
― Хорошо. Хотя мой профессор немного не в себе, ― заявляю я, искоса поглядывая на Джеймса с едва заметной ухмылкой.
― Почему? ― спрашивает она.
― Он выгнал студентку из класса и заставил ее плакать без всякой причины.
― Без причины? ― перебивает Джеймс. ― Я сильно сомневаюсь в этом.
Я поворачиваюсь к нему лицом.
― Никакой уважительной причины нет, ― утверждаю я.
― Отказ от участия в простой дискуссии, разве не причина? ― парирует он в ответ.
Я встаю перед ним, готовая устроить ад на земле, если он скажет хоть еще одно слово.
― Не причина.
Николь перестала смешивать ингредиенты и смотрит на нас одновременно с подозрением и замешательством.
― Твой брат - мой профессор, ― сообщаю я ей.
Она таращит глаза.
― Ты выгнал студентку из класса в первый же день?
Джеймс раздраженно вскидывает руки.
― Не набрасывайтесь на меня!
― Тогда не будьте придурком, ― говорю я.
Клянусь, он только что ухмыльнулся.
― У меня сильные методы обучения, Оливия.
― Вы понятия не имеете, как усердно мы работали, чтобы достичь этого этапа в своей жизни, а вы в одиночку разрушили все это всего за один разговор.
― О, да ладно тебе! ― протестует он. ― Я давал ей шансы. Я спросил ее об Уильяме Шекспире, черт возьми! Каждый студент, изучающий английскую литературу, знает о нем достаточно, чтобы завязать двухминутную беседу.
― Точно! ― кричу я. ― Все знают, кто он такой. Так что, очевидно, было что-то еще, что мешало ей говорить!
Он качает головой.
― Я нанят не для того, чтобы нянчиться с людьми и угождать их чувствам.
― Фу! Вы такой упрямый! ― кричу я, ударяя кулаком по столешнице. ― Николь, скажи ему!
Она разражается смехом, и прежде чем я успеваю сдержаться, я присоединяюсь к ней. Даже Джеймс немного посмеивается про себя, но не осмеливается признать, что я права.
― Вы оба такие упрямые, ― обвиняет она, продолжая готовить торт. ― Разберитесь между собой сами и не втягивайте меня в свои споры.
Я опускаю взгляд, чувствуя себя так, словно меня отчитывает родитель.
― Оливия, Джейми - мой брат, и я люблю его, несмотря ни на что. И ты, ― она указывает на Джеймса. ― Оливия очень хорошая соседка. Не облажайся.
Сказав это, она хватает свою куртку с табурета и направляется к входной двери.
― У нас закончились яйца. К тому времени, как я вернусь, вам двоим лучше помириться.
О, нет!
Находиться наедине в одной комнате с Джеймсом, когда я так взбешена, это опасно. Не тогда, когда он смотрит на меня этим горячим взглядом "Я хочу трахнуть тебя, но не могу".