Софи похвалила себя за то, что догадалась надеть солнечные очки. Конечно, она предприняла все меры, чтобы скрыть следы слез, тем не менее глаза опухли и покраснели и требовали защиты от любопытных, которых полно всегда и везде.
Нет, нужно сосредоточиться на делах. Это единственное спасение, палочка-выручалочка, помогавшая всегда.
— Вчера ты хотела сообщить мне что-то важное. Что конкретно?
Фанни убедилась, что никто за соседними столиками их не услышит, и только потом, понизив голос, заговорила:
— Вечером мне звонила Анна. Похоже, у нас путаница в бухгалтерии.
Софи ощутила спазм в желудке и с отвращением отодвинула мюсли.
— Насколько все плохо?
— Ситуация критическая. Но точные цифры Анна пока не могла назвать.
Софи потянулась к кофейнику. Пусто. Она нервно махнула официантке, чтобы та принесла еще кофе.
— Не понимаю, как такое могло произойти. — Софи старалась переключиться на работу, тем более что новости действительно оказались ошеломляющими. — Обороты в прошлом году были высокие. У нас нет задолженностей…
— Похоже, что часть денег просто исчезла. Может, бухгалтерская ошибка? — пробормотала Фанни.
— Тогда надо найти ее. Обязательно. Я так много сделала, чтобы фирма процветала. Не может быть, чтобы деньги просто взяли и исчезли. — Софи против воли всхлипнула. Нервы ни к черту.
— Да что ты, в самом деле? Идем. — Фанни резко отодвинулась вместе со стулом и встала. Взяла сумочку Софи и подхватила ее саму за локоть, как больную. — Что за паника? Я тебя не узнаю. Или всему виной мужчина?
Она пристально посмотрела на свою начальницу, словно отыскивая доказательства, что та провела ночь не одна. И вдруг действительно обнаружила! Крохотный синячок чуть ниже мочки левого уха… Выходит, в ее странном плаксивом настроении виноват ночной гость? И кто же он?
Фанни протянула Софи носовой платок:
— Давай, подруга, выкладывай! Кто поставил тебе засос?
Софи торопливо сняла очки, чтобы вытереть потекшую тушь.
— Оливье меня ни капли не волнует, — пролепетала она. — Я реву только… ну… это, наверное, гормональный всплеск! — Она проворно водворила очки на место.
Софи очень надеялась, что Оливье, сидя где-нибудь в другом конце ресторана, не заметил ее истерики. Вот уж похихикал бы в кулачок, видя ее в растрепанных чувствах.
А Фанни подумала, что бедолаге Стиву за долгие годы не удалось добиться от Софи даже сотой доли того, на что Дюррану хватило одной ночи. Кто бы мог подумать… «Железная» Софи Лойес обладает чувствами? И проявляет их? В отношениях с мужчиной? Неужели теперь это це-ле-со-о-браз-но?
В последнее время Оливье жадно искал популярности. Ему нравилось радовать своим искусством других людей, нравилась шумиха, которую поднимала пресса вокруг его драгоценной персоны. Еще бы! Потомок Дюрранов работает на конкурентов — настоящая сенсация! Причем непрекращающаяся: Оливье делал многое, чтобы его имя не исчезало из заголовков прессы.
Прошлой ночью он отправился к Софи по одной-единственной причине: хотел доказать самому себе, что перед его шармом не устоять ни одной женщине. И что же? Она отдалась так безропотно, что Оливье напрочь позабыл о самоутверждении. С первой секунды он почувствовал: между ними возникло что-то особенное.
Чувственности Софи было не занимать. Она буквально околдовала его, чего Оливье совершенно не ждал от закованной в броню делового костюма женщины. Впрочем, любопытно: сдалась бы она, если бы была одета в костюм? Вряд ли. Но эта шелковая пижама диктовала другие условия. Лед и пламень — стоило вспомнить, как возбуждение током бежало по телу.
Если она так договаривается со своими поставщиками, неудивительно, что ее выбрали руководителем года…
Оливье пристыдил сам себя за желчную мысль. Софи нанесла сокрушительный удар по его самолюбию, но не годится так вот мысленно оскорблять женщину, какой бы стервой она ни была.
До его самолета оставалось полдня. Что толку сидеть в номере? Можно, например, поплавать в бассейне, попариться в сауне. Или просто поспать, потому что Оливье чувствовал себя совершенно разбитым после утренней сцены в номере Софи.
Нет. Он торопливо побросал вещи в сумку. Мысль о том, чтобы оставаться под одной крышей с этой расчетливой служительницей веника и совка, приводила его в бешенство. Через пятнадцать минут Оливье сдал администратору ключи от номера.
Хватит кондитерских шедевров, фисташковых лакомств и пряных поцелуев. Хватит перчинок и изюминок. Он возвращается в привычный мир. К своей работе.
— Как ты, получше? — поинтересовалась Фанни, расплачиваясь за такси.
— Все в порядке. Подумаешь, гормональный всплеск. С кем не бывает? — бросила Софи, выходя из машины возле здания, где помещался ее офис.
Фирма Софи занимала два этажа. В нижних помещениях и частично в подвале находился склад. На верхнем этаже располагались кабинеты сотрудников. Угловой, с видом на парк, принадлежал Софи. В нем стояли письменный стол, конторский стул и еще несколько кресел, где могли разместиться редкие посетители. С поставщиками Софи предпочитала встречаться у них, чтобы на месте составить себе представление о партнерах.
— Доброе утро, Софи. Доброе утро, Фанни. Еще только одиннадцать, но я уже совершенно без сил.
Тати Ренье, секретарша, перевела очередной звонок в режим ожидания. Ее волосы были растрепаны. Лицо раскраснелось.
— Что случилось? — спросила Софи. Секретарша обычно выглядела безупречно, а тут…
— Вы случились.
Тати испуганно прижала ладошку ко рту, поздновато сообразив, что ляпнула дерзость. Но Софи улыбнулась.
— Ваше вчерашнее выступление на ток-шоу — просто супер! Все вас видели и хотят пользоваться услугами только нашей фирмы.
— Это же замечательно. — Ну вот он, результат. Отлично. Хоть какая-то польза от этого унизительного шоу. — Тебе нужно подкрепление?
Софи посмотрела на Фанни. Та согласно закивала:
— Я займусь этим. У нас есть девочка-практикантка, она поможет Тати.
— А когда мы сможем попробовать молочный шоколад с лесными ягодами? — поинтересовалась девушка. — Ну тот самый, от которого тают синие чулки. — Она подмигнула начальнице.
Софи шумно втянула носом воздух. Об этой части передачи ей вспоминать не хотелось.
— Эти конфеты должны, наверное, скоро поступить в магазины. — Многолетняя выучка помогла: женщина говорила абсолютно спокойно. — Может, стоит советовать желающим звонить Моник? Чтобы там давали координаты кондитера Дюррана? Хотя… Насколько я знаю, он живет в Веве. Думаю, в Интернете можно найти сайт их фирмы.
Софи удалилась в свой кабинет и закрыла дверь. Она шумно выдохнула, швыряя сумку на стол. Никогда в жизни она больше не свяжется с телевидением, и с газетами тоже — вспомнить хотя бы те намеки главного редактора… Во всяком случае, не свяжется до тех пор, пока существует реальная угроза встретиться там с вызывающе сексапильными кондитерами вроде Оливье Дюррана. Как она вообще согласилась участвовать в этом бесстыдно-провокационном шоу? Чем она думала?!
Софи робко коснулась пальцем губ. Ей казалось, что они все еще слегка припухшие от поцелуев. Только закроешь глаза — и вновь почувствуешь прикосновения Оливье, нежные и властные одновременно. Именно таким должен быть мужчина в постели…
Испугавшись своих фантазий, которые только расстраивали и сбивали с толку, Софи торопливо открыла ящик стола и вытащила толстую папку. Чем тратить время на грезы, которые не сулят ничего путного, гораздо целесообразнее подготовиться к разговору с Анной. И обязательно докопаться до причины «путаницы» в бухгалтерии.