Алиевы совершили огромную ошибку, что похитили тебя, думали, это сойдет им с рук. Магомедов совершил еще большую ошибку, что устроил грандиозную свадьбу, настроив этим против себя и местных, и федералов, и силовиков, и вояк, у которых тоже есть светловолосые дочери, а злость от войны — еще горячит кровь. Ну и самое главное, произойди тоже самое в соседнем регионе — вряд ли кто-то рискнул бы помочь, увы. Но тут история другая.
Таким образом, Лия, старики поставят Магомедову жесткие условия. Они запретят ему к тебе приближаться или пробовать вернуть. С Алиевыми ситуация чуть другая — боюсь сам Ахмат сейчас, не имея возможности дотянуться до тебя, свою ярость сорвет на них. Печально….
— Ни чуть, — холодно уронила Алия. — Мне так точно не жаль, — она вспомнила холодные глаза деда, наблюдающего за избиением, похотливые глазки Адама, изуродовавшую внучек Ильшат. Они заслужили свою участь.
— Ты и Зарема можете жить так, как считаете нужным, для Дагестана вас больше нет, но не приведи вам бог туда вернуться. Как и тебе, Андрей, — он перевел глаза на сына. — С этим регионом ты закончил раз и навсегда. Это жесткое условие, которое менять нельзя. Мне четко дали понять, что, если ты появишься там — твоя жизнь пойдет на минуты. Ты понял?
Андрей резко втянул воздух.
— Андрей, ты спас многих. Ты спас две жизни, ты сделал все, что мог. Остановись сейчас, иначе ты не только себя подставишь, но и все, что тебе дорого. Это — цена свободы Алии и Заремы.
Андрей согласно кивнул головой, опуская глаза. И Лия поняла, что бывают такие договоренности и сделки, которые нельзя нарушать. Резник только что заключил именно такую.
— Вот, собственно, дети, и все, что я хотел вам сказать. Алия, красивое у тебя имя, звонкое. Папа дал?
— Да, — улыбнулась, немного грустно девушка. — Мою бабушку — она умерла молодой — звали Алият. Но папа решил, что не хочет звать так, поэтому выбрал созвучное имя — Алия.
— Әлия — ару қызы сен халқымның
Әлия — батыр қызы сен халқымның
Ерке құсы кен даламның! — с улыбкой продекламировал Всеволод. — Знаешь эту песню?
— Конечно, — рассмеялась девушка, чуть покраснев. — Не знала, что вы знаете казахский язык так хорошо.
— Папа долгое время работал в Казахстане, — Андрей глянул на отца. — Провел там… медовый месяц с мамой. Перевели после одной… хм… выходки…. Или сослали, да, пап?
— А ну, цыц! — прищелкнул тот языком. — Алия, настоятельно рекомендую Москву пока не покидать. Договор договором, а этот Ахмат…. С приветом. С большим приветом. Будьте пока на глазах. Есть работа, жилье?
— Есть, — вместо нее ответил Андрей. — Как раз хотел спросить, Лия, у меня освободилось место секретаря. Зарплата не самая большая, но зато юридическая практика.
Сердце Лии сделало кувырок внутри: и от перспектив, и от того, что будет возможность видеть его каждый день. Пусть просто видеть — на большее она не рассчитывала.
— Мне бы…. — тихо опустила глаза, — хоть диплом защитить… так и не успела…
— С этим, думается, проблем не будет, — Всеволод допил свой чай. — Идея хорошая, по крайней мере вы будете под присмотром. Ладно, дети, детали своего сотрудничества обсуждайте сами, я поехал. Андрей, — он пожал руку сыну, — Алия…. — внезапно поцеловал девушку в щеку.
Почти отошел, но вернулся и наклонился к Андрею, прошептав почти на самое ухо.
— Уволь Есю, Андюх. Не доводи ситуацию до греха.
И вышел, оставив сына поджавшим губы.
Рука Резника, лежавшая рядом с рукой Лии, осторожно задела ее пальцами, переплела их, накрыла собой, согревая, поддерживая, поздравляя.