Зарема и Аминат не успевали подобрать купюры с пола, они все сыпались и сыпались и сыпались на невесту, застревая в белой ткани платка, на плечах и голове. Наверное, промелькнула шальная мысль, такого она больше не увидит никогда.
А мужчины все подходили и подходили и подходили. Ни один не посмел прикоснуться к ней, они танцевали рядом, а отходя щедро осыпали невесту деньгами. Лия шла по кругу, как учили, сохраняя плавный шаг и лёгкость движений, но в какой-то момент едва не оступилась, когда каблук её туфель соскользнул на гладкой поверхности купюры в пятьсот евро. Она удержала равновесие только потому, что успела чуть сильнее развести руки, изобразив изящный танцевальный жест, будто так и было задумано.
Когда этот кажущийся бесконечным танец подошел все-таки к концу, Лия не чувствовала ног. Тамада весело подвел ее к жениху и пригласил пройти на своем место во главе зала. Сестры все еще собирали разлетевшиеся по залу купюры, а Алия была довольна — при таком количестве денег Зарема успеет выхватить несколько так необходимых ей бумажек. Даже приблизительно не могла себе представить, сколько тысяч валялось только что у нее под ногами — разум отказывался принять такое.
Внезапно она заметила, что Ахмат, сидевший рядом, едва заметно подвинул свое кресло к ее, незаметно, буквально на несколько сантиметров, но теперь его нога под столом касалась ее ноги. Ничего особенного, а сердце сжалось.
Она знала, что основная часть ее роли уже выполнена, больше никто не потянет ее танцевать, никто не заставит произносить речи, она теперь — только декорация, украшение. Их поздравляли, родственники, друзья, партнеры по бизнесу, а она просто сидела с каменным лицом, наблюдая за залом.
Зарема, казалось, веселится от души, даже вышла танцевать. К ней тот час присоединился невысокий мужчина, лет 50–55 пяти, какой-то несуразный, странный, с маслянисто сияющими глазами. И по тоскливым глазам сестры Лия поняла — это тот самый жених, ожидающий своей очереди на свадьбу. По окончании танца он вложил в руку Заремы пятитысячную купюру, и Лия невольно усмехнулась внутри — старый стручок сам приложил руку к побегу девушки.
— Ты почти ничего не ешь, — раздался над ухом голос мужа. Лия вздрогнула всем телом. — Не хотелось бы, чтобы ты вечером свалилась в обморок от голода, — заметил он, кивая на тарелки, полные еды.
Алия кивнула и заставила себя есть.
Зарема поднялась из-за стола, что-то с улыбкой сказав другим сестрам. Сердце девушки гулко стукнуло, она сделала глубокий вдох-выдох, с трудом сдерживая желание самой уйти в туалет и проконтролировать побег. Но нельзя, нельзя — она только привлечет к Зареме лишнее внимание. И нельзя обдирать ногти на руках, Ахмат любит ухоженные руки, как сказала ей Халима.
Он тоже заметил, как она положила руки на стол. Его рука накрыла её ладонь — твёрдо, уверенно, без права на отдёргивание. Он развернул её руку и поднял, рассматривая. Его пальцы были тёплыми, тяжёлыми, но при этом сейчас — не грубыми. Провел пальцем по линии жизни, погладил шрам от пореза.
— Старая Ильшат совсем сдурела, — буркнул недовольно, замечая следы мозолей, ссадин и ожогов на тонкой ладони.
— Уже почти все прошло, — Алия заставила себя говорить мягко. — Еще пара недель и…
— Я не собираюсь мстить старой мегере, — фыркнул он, — успокойся. У тебя красивые руки, Алият, мне бы не хотелось, чтобы их портили шрамы, только и всего.
Лия несмело улыбнулась мужу.
Мужу.
Нет, поправила себя мысленно. Чужому человеку, который почему-то возомнил, что имеет на нее право.
Праздник тянулся час за часом, и Лия дорого бы отдала, чтобы продлился еще дольше, как можно дольше. Заремы в зале больше не было, это давало крошечную надежду, Ахмат находился в хорошем настроении, даже несколько раз ласково заговаривал с ней, снисходительно рассказывая кто из гостей кто. Алия совсем затосковала, понимая, что на свадьбе присутствуют если не первые, то вторые лица республики точно. С каждым мгновением ей казалось, что выхода из ловушки больше нет и никогда не будет.
И когда Ахмат поднялся из-за стола и подал ей руку, она даже не сразу поняла, что он дает ей понять, что их праздник завершился.
Поднялась на ватных ногах и просто последовала за ним, старясь отключить голову.