Закрыла глаза, сжимаясь сильнее. Замирая от страха всякий раз, когда они чуть притормаживали — боялась, что проезжают мимо поста или их догоняют люди Магомедова.
Но минута текла за минутой, а машина продолжала свой бег, забираясь все глубже в горы.
Андрей несколько раз кому-то звонил, говорил тихо, обрывистыми фразами — Лия поняла, что кто-то ведет их по горным дорогам помимо высокого, крепкого дедка Расула, который так напугал ее у реки. После каждого звонка Резник и Расул корректировали движение.
Наконец остановились.
— Лия… — услышала над ухом голос Резника. — Ты вся горишь…
Его жёсткая, но не опасная рука легла на ее лоб и показалась ледяной. Не отстранилась, не дернулась, хотя и испугалась немного — было скорее стыдно и неуютно, чем неприятно. А он вдруг ласково провел пальцами по щеке, стирая слезы.
— Мы уехали из района, — Андрей присел перед ней на корточки. — Нужно сбить температуру, девочка. И накормить тебя.
— Я не хочу…. — прошептала она. — Только пить….
Резник молча поднялся, достал из багажника термос и налил в большую пластмассовую кружку черный, крепкий чай, кинув туда три кусочка сахара.
Она чуть привстала, забирая кружку, но руки ходили ходуном — она едва не расплескала чай. Андрей вздохнул, забрал у нее кружку и осторожно начал поить сам — чувствовалось, что умеет это делать. Когда она сделала несколько глотков — едва не разревелась от знакомого вкуса лимона, кусочек которого плавал на самом дне.
— Не торопись, — Андрей машинально, сам того не осознавая вытер ей лицо. — Лия, сейчас поставлю тебе жаропонижающее, но в больницу нам нельзя. Не здесь…
Она кивнула, понимая, что он прав, но, когда его рука скользнула по бедру — машинально сжалась, захотелось оттолкнуть мужчину, не дать ему видеть себя.
Не ему. Не этим умным, спокойным, все понимающим глазам.
На его лице не дрогнул ни один мускул, когда он оказывал ей помощь, укутывал снова в свою куртку, подложил под голову дорожную подушку.
— У тебя сломана нога, — ровно сказал он, укрывая буркой, — перелом закрытый, но нужно потерпеть. Любой врач здесь нас сдаст с потрохами.
— Они уже знают? — прошептала девушка, не поднимая глаз.
— Алия, мы в пути два часа, Магомедову уже ясное дело сообщили, что ты в реку упала, — он налил чая себе, в ту же кружку, из которой пила она, и сделал несколько глотков. — Я не могу сказать, насколько у него профессионалы работают, и какие меры приняли. Одно сказать могу — тебя ищут. В райцентре подняты на уши все службы от МЧС до росгвардии, прочесывают реку.
От этих слов внутри снова разлился поток ужаса.
— Почему мы не едем? — прошептала она, озираясь по сторонам.
— Лия… — Андрей коснулся ее руки, очень осторожно и деликатно. — Тебе не надо нас боятся, клянусь. Прости, я даже не представился…. Андрей Резник — правозащитник и юрист из Москвы.
— Я знаю, — кивнула она. — Знаю кто ты.
— Откуда? — он чуть прищурил темные глаза. — Ты не испугалась у реки…
— Ахмат…. Он…. — воспоминания нахлынули лавиной, заставили зажмурится. — Он говорил… ты… наводил справки о нем. Он спрашивал, знаю ли я тебя. Он решил… Зарема? Что с ней? Ты ее знаешь? Она с тобой на связь вышла?
Резник медленно улыбнулся.
— Она с твоей мамой, Лия. В безопасности. Мы едем к ним.
— И нам бы поспешить, — из ложбинки поднялся во весь рост Расул, ходивший по своим делам. — Андрей-хан, они могут девочку в розыск объявить в любой момент. Любимая уловка упырей — объявить в розыск по обвинению в краже, например…
— Час назад база МВД по республике легла намертво, — усмехнулся Андрей. — А документы Лии у меня на руках.
Он посмотрел на девушку.
— Твоя мама отдала их мне заранее, на всякий случай. А Магомедов не рискнёт заявить о преступлении — ты до сих пор числишься пропавшей без вести в Волгограде. Надя заявление не забрала.
Он помолчал, прислушиваясь к тишине — лишь ветер шевелил сухую траву.
— Но чем меньше внимания к нам, тем лучше. Сейчас поедем.
Он снова повернулся к ней, голос стал мягче, но твёрдый, без права на отказ:
— Лия… сейчас я наложу временную шину на ногу. Будет больно — кричи, не стесняйся. И одеться нужно — хотя бы брюки, чтобы не привлекать внимания. Если всё пойдёт по плану, ночью пересядем в другую машину, Расул вернется в Махачкалу.