– Так кто же ее сейчас защищает? – спросил я. – И кто защищает моих детей?
– Монахини.
– И никаких защитников-мужчин?
– Ее муж дает золото, а не она, – сказал Пирлиг. – Мужчины любят золото, но у нее нет богатства, чтобы им заплатить.
– Теперь есть, – зло бросил я и ткнул копьем лошадь, которую купил в Дунхолме.
У меня осталось немного богатств.
Я купил больше семидесяти лошадей, чтобы совершить это путешествие, и немногое оставшееся серебро уместилось в двух седельных сумках. Но у меня имелись Вздох Змея, Осиное Жало и теперь, из-за трех прях, снова вывернувших мою жизнь, появилась цель.
Я отправлюсь к Этельфлэд.
Деревня Лекелейд представляла собой группу хижин, разбросанных вдоль северного берега Темеза, там, где болотистый ручей Ли вливался в реку. В этом месте стояла водяная мельница, а рядом с ней построили пристань, к которой была привязана горстка маленьких протекающих лодок. У восточного конца деревенской улицы – вереницы грязных луж – стоял монастырь. Его окружал палисад, построенный, как я подозревал, скорее для того, чтобы запереть монахинь внутри, чем для того, чтобы удержать врагов снаружи. Над потемневшей от сырости стеной вздымалась мрачная и уродливая церковь из дерева и плетней. Башня с колоколом царапала низкие облака: на западе бурлил дождь.
На дальнем берегу Темеза виднелась деревянная пристань, над ней группа мужчин укрывалась под импровизированными навесами, натянутыми на шесты. Все были в кольчугах, а копья они прислонили к иве.
Я шагнул на пристань, поднес ко рту сложенные руки и прокричал им:
– Кому вы служите?
– Господину Этельноту! – крикнул в ответ один из них.
Он меня не узнал. Я был закутан в темный плащ, и мои светлые волосы прикрывал капюшон.
– Зачем вы здесь? – гаркнул я, но единственным ответом было непонимающее пожатие плеч.
Этот южный берег являлся территорией восточных саксов, наверняка Этельфлэд потому и выбрала Лекелейд.
Она могла мгновенно бежать отсюда в королевство своего отца, хотя Альфред, который считал узы брака священными, без сомнения, не горел бы желанием дать ей убежище из страха последующего засим скандала. Тем не менее, как я догадывался, он приказал олдермену Этельноту из Суморсэта наблюдать за монастырем, хотя бы затем, чтобы доложить о любом странном событии на мерсийском берегу реки.
«Теперь им будет о чем докладывать», – подумал я.
– Кто ты, господин? – окликнул человек через реку.
Он, возможно, и не узнал меня, но видел, что я возглавляю отряд всадников и, может быть, золото моей роскошной фибулы блеснуло под монотонным дождем.
Я не ответил на вопрос. Вместо этого повернулся к Финану, который ухмыльнулся мне с седла.
– Всего тридцать человек, господин, – сказал он.
Я посылал его, чтобы осмотреть деревню и выяснить, сколько воинов охраняет монастырь.
– Только и всего?
– Есть еще люди в деревне к северу.
– Кто командует этими тридцатью?
– Какой-то бедный ублюдок, который чуть не обделался, когда нас увидел.
Тридцать человек были размещены в Лекелейде по приказу моего кузена, скорее всего, для того, чтобы Этельфлэд осталась замурована в уродливом монастыре.
Я сел во влажное, скользкое седло и покрутил в стремени правой ногой.
– Давайте пнем это осиное гнездо, – произнес я.
Я повел людей на восток, мимо домов, навозных куч и роющихся в грязи свиней. Кое-кто наблюдал за нами из дверных проемов, а в конце улицы, перед самим монастырем, ждала кучка мужчин в кожаных куртках и ржавых шлемах. Но если эти воины и получили приказ помешать чужакам войти в монастырь, они были не в настроении выполнять данные им распоряжения. При нашем приближении попросту угрюмо отодвинулись в сторону.
Они даже не потребовали назвать мое имя и не пытались нас остановить.
Я пнул ворота монастыря, рассыпав капли дождя с их верхнего края. Моя лошадь заржала, и я пнул ворота еще раз.
Отряд мерсийцев наблюдал. Один человек побежал в переулок; я подозревал, что он собирается привести помощь.
– Мы подеремся с кем-нибудь еще до исхода дня, – проворчал я Финану.
– Надеюсь, господин, – мрачно ответил тот. – Мы слишком давно не дрались.
В больших воротах приоткрылось окошко, и в отверстии появилось лицо женщины.
– Что вам нужно? – вопросила она.
– Убраться из-под дождя, – ответил я.
– В деревне вам дадут кров, – буркнула женщина и начала закрывать окошко, но я ухитрился вставить в отверстие ногу.