– Значит, мы убьем каждый по шесть человек, – вставил Ролло.
Он был таким же добродушно-веселым, как и Рагнар, с круглым простодушным лицом. Но его внешность обманчива, потому что уже в юности он заслужил репутацию грозного бойца. Его звали Ролло Волосатый, но не потому, что его светлые волосы достигали талии, а потому, что он вплетал пряди волос своих убитых врагов в толстый пояс, на котором носил меч.
– Хотел бы я, чтобы саксы отпускали волосы подлиннее, – проворчал он во время нашего плавания через море.
– Если бы они это делали, у тебя уже было бы десять поясов, – сказал я.
– У меня их и так семь, – ответил он и ухмыльнулся.
– Сколько людей на Зегге? – обратился я теперь к Скади.
– Не больше ста.
Осферт выплюнул рыбью кость.
– Ты думаешь просто напасть на Зегге, господин?
– Из этого ничего не выйдет. Мы не отыщем путь через мелководье.
Одно я все же выяснил у жителей той деревни: Зегге окружен мелководьями, что каналы меняют свои русла из-за песка и приливов и ни один фарватер не имеет меток.
– Что же тогда? – поинтересовался Осферт.
Упала звезда. Она протянула мерцающий свет в темноте и угасла, и с ее падением ко мне пришел ответ.
Раньше я думал, что буду нападать на корабли Скирнира один за другим, уничтожая маленькие суда и, таким образом, ослабляя его, но через день или два он поймет, что происходит, и пустит в ход большие корабли, чтобы нас уничтожить.
Не существовало безопасного способа атаковать Скирнира. Он нашел идеальное убежище на островах, и мне понадобится десять таких кораблей, как «Сеолфервулф», чтобы бросить ему вызов.
Поэтому требовалось выманить его из идеального убежища.
Я улыбнулся.
– Ты меня предашь, – сказал я Осферту.
– Предам?!
– Кто твой отец?
– Ты знаешь, кто мой отец, – возмущенно ответил Осферт.
Ему не нравилось, когда ему напоминали, что он – бастард Альфреда.
– И твой отец стар, – продолжал я, – а тот, кто избран его наследником, – почти ребенок, а ты – воин. Тебе нужно золото.
– Неужто?
– Тебе нужно золото, чтобы набрать людей, потому что ты хочешь стать королем Уэссекса.
Осферт фыркнул:
– Не хочу я быть королем!
– Теперь хочешь. Потому что ты незаконнорожденный сын короля и у тебя есть репутация воина. И завтра ты меня предашь.
И я поведал ему как.
Великие дела никогда не вершатся без риска, но временами я вспоминаю те дни и удивляюсь, что же мы творили во Фризии. По уровню риска это напоминало план заманить Харальда к Феарнхэмму, хотя и не с тем размахом. Я снова разделил свои силы и поставил все на кон, предполагая, что враг сделает именно то, что мне от него нужно. И вновь приманкой стала Скади.
Она была так красива! Гибкой, темной красотой. Достаточно было взглянуть на нее, чтобы ее возжелать; узнать ее значило не доверять ей, но недоверие всегда побеждалось этой необыкновенной красотой. Лицо с высокими скулами, гладкой кожей, большими глазами и пухлым ртом, блестящие волосы и томное тело. Конечно, многие девушки красивы, но жизнь женщины трудна. Роды терзают ее тело, как шторма, и непрекращающаяся работа – толочь зерно, прясть пряжу – берет верх над красотой юных лет.
Однако Скади, хотя и прожила больше двадцати лет, сохранила свежую красоту. Она сознавала это. Красота вознесла ее из домика бедной вдовы к высоким столам медовых домов с длинными балками. Ей нравилось говорить, что ее продали Скирниру, но, по правде говоря, Скади с радостью отдалась ему, но потом в нем разочаровалась, ведь, несмотря на все свои сокровища, Скирнир не простирал амбиции дальше Фризских островов.
Он нашел хорошее местечко, где можно пиратствовать, и не желал уплывать, чтобы искать более лакомый кусок. Поэтому Скади нашла Харальда, который пообещал ей Уэссекс, а теперь прибилась ко мне.
– Она использует тебя, – сказала мне Брида в Дунхолме.
– Я использую ее, – ответил я.
– Здесь есть дюжина шлюх, которые обходятся дешевле, – пренебрежительно бросила Брида.
Итак, Скади использовала меня, но для чего? Она потребовала половину сокровищ своего мужа. Что она будет с ними делать? Когда я спросил ее об этом, она пожала плечами, как будто это не важно. Но позже той же ночью, до выдуманного предательства Осферта, Скади спросила, зачем мне нужны богатства ее мужа.
– Ты знаешь зачем.
– Чтобы отбить свою крепость?
– Да.
Некоторое время она лежала молча. Вода тихо бормотала у обшивки «Сеолфервулфа». Я слышал, как храпят мои люди, как переминаются с ноги на ногу часовые на носу и над нашими головами, на рулевой площадке.