– Три тысячи шиллингов, – ответил Константин, – заставят воинов Альбы все лето оставаться в безопасности в своих домах.
У меня подобной суммы не было, но Рагнар кивнул.
Константин явно поверил, что мы намереваемся напасть на Беббанбург. Конечно же, мы не собирались этого делать. Но Рагнар все еще боялся вторжения скоттов на свои земли, пока он будет далеко в Уэссексе. Такая возможность всегда сохранялась, потому что Альфред заботился о том, чтобы дружить с королями скоттов, превращая их в вечную угрозу для датчан Северной Англии.
– Позволь мне сделать встречное предложение, – осторожно проговорил Рагнар. – Я заплачу три тысячи серебряных шиллингов, а ты поклянешься держать своих воинов подальше от Нортумбрии целый год.
Константин поразмыслил над этим. Предложение Рагнара немного отличалось от того, что предложил сам Константин, но маленькое различие между этими двумя соглашениями было важным. Константин посмотрел на меня, и я увидел, что он проницательный человек. Он понял, что, возможно, не Беббанбург является нашей целью.
Он кивнул:
– Я могу согласиться на это.
– А король Домнал? – уточнил я. – Он примет такое соглашение?
– Он сделает то, что скажу я, – уверенно проговорил Константин.
– Но как мы узнаем, что ты сдержишь свое слово? – вопросил Рагнар.
– Я дам тебе подарок. – Константин поманил своих людей.
Двум пленникам приказали слезть с седел, со связанными руками пересечь ручсло и встать рядом с Константином.
– Эти люди – братья, – сказал Константин Рагнару, – которые возглавляли набег на твои земли. Я верну захваченных женщин и детей, но пока отдаю тебе этих двоих.
Рагнар посмотрел на бородатых мужчин.
– Две жизни в качестве гарантии? – спросил он. – А когда они умрут, что помешает тебе нарушить слово?
– Я даю тебе три жизни, – произнес Константин.
Он прикоснулся к плечу сына.
– Келлах – мой старший сын, и он дорог мне. Я дам его тебе в заложники. Если один из моих людей пересечет границу с Нортумбрией с мечом, ты сможешь убить Келлаха.
Я вспомнил веселье Хэстена, что тот всучил нам фальшивого сына в качестве заложника, но что Келлах – сын Константина, сомнений не было. Их сходство поражало. Я посмотрел на мальчика и на мгновение почувствовал сожаление, что у моего старшего сына нет такой же храбрости и такого же твердого взгляда.
Рагнар немного подумал, но не нашел никакого подвоха. Он послал свою лошадь вперед, протянул руку, и Константин принял ее.
– Я пришлю серебро, – пообещал Рагнар.
– И оно будет обменом на Келлаха. Ты разрешишь мне послать с мальчиком слуг и наставника?
– Они будут радушно приняты, – ответил Рагнар.
У Константина был довольный вид.
– Думаю, наши дела улажены.
Так и было.
Скотты поехали прочь, а мы раздели двух пленников догола, после чего Рагнар пронзил обоих своим мечом. Он сделал это быстро.
Мягкий туман бесшумно струился вниз по холмам, и мы поторопились убраться прочь.
Два обезглавленных трупа остались позади, там, где сливались два ручья.
А мы сели на коней и отправились на юг.
Рагнар ехал с залогом того, что его северная граница будет в безопасности, пока мы станем сражаться в Уэссексе.
Соглашение и впрямь получилось хорошее, но оно оставило во мне ощущение неловкости. Мне понравился Константин, он явно умел мыслить стратегически, а значит, будет трудным и грозным врагом. Как он устроил секретную встречу с Рагнаром? Спровоцировав набег, который, конечно, вызвал нашу ответную атаку. А потом предал людей, выполнявших его приказы.
Он был умен и молод. Мне придется долго иметь с ним дело, и, если бы я знал тогда то, что знаю теперь, я перерезал бы глотки и ему, и его сыну. Но по крайней мере следующие двенадцать месяцев Константин держал свое слово.
Весна наступила поздно, но, когда наконец пришла, земля быстро зазеленела. Рождались ягнята, дни становились длиннее и теплее, и люди задумались о войне.
Два могущественных нортумбрийских ярла, Зигурд Торрсон и Кнут Ранулфсон, явились в Дунхолм вместе, а после них прибыло множество менее важных господ. Все они были датчанами, и даже самый незначительный из них мог повести в бой больше сотни закаленных бойцов. Каждый из них явился лишь с маленьким отрядом воинов, слуг и рабов, но просторные залы Рагнара все равно не могли вместить всех, поэтому более мелкие ярлы устроились в городе к югу от крепости.
Был задан пир, розданы подарки, и весь день шли разговоры. Ярлы явились, поверив в историю о том, что мы собираем людей, чтобы напасть на Беббанбург, но Рагнар сразу их разубедил.