– И Альфред услышит, что мы хотим напасть на Уэссекс, – предупредил он их, – потому что некоторые из вас расскажут своим людям, а они разболтают другим, и весть об этом доберется до Альфреда в течение нескольких дней.
– Значит, надо хранить молчание, – прорычал Зигурд Торрсон.
Ярл Зигурд был высоким, суровым с виду человеком, с бородой, заплетенной в две громадные косы, которые он обмотал вокруг шеи. Он владел землей, протянувшейся от Южной Нортумбрии до Северной Мерсии, и поднаторел в искусстве войны, сражаясь с воинами Этельреда. Его друг Кнут Ранулфсон был более стройным, но обладал той же жилистой силой, что и Финан. Кнут имел репутацию лучшего мастера боя на мечах во всей Британии, и его клинок и орда воинов, служивших его богатству, подарили ему земли, граничащие с поместьями Зигурда. Его волосы были белыми, как кость, хотя ему сравнялось всего тридцать, и я еще ни у кого не видел таких бледных глаз. Глаза и волосы делали его похожим на призрака, но он легко улыбался и имел огромный запас шуток.
– У меня была сакская рабыня, такая же хорошенькая, как эта, – сказал он мне во время нашей первой встречи, глядя на одну из рабынь Рагнара, которая несла деревянные блюда в главный зал. – Но она умерла, – мрачно продолжал он. – Умерла, потому что пила молоко.
– Молоко оказалось испорченным?
– На нее рухнула корова, – сказал Кнут и разразился смехом.
Когда Рагнар объявил, что хочет возглавить нападение на Уэссекс, Кнут помрачнел.
Мой старый друг произнес хорошую речь, объяснив, что сила восточных саксов растет, что они желают заполучить Мерсию, потом Восточную Англию и в конце концов вторгнуться в Нортумбрию.
– Король Альфред, – сказал Рагнар, – называет себя королем Ангелкинна, а в моих землях, во всех ваших землях говорят по-английски. Если мы ничего не сделаем, англичане захватят нас одного за другим.
– Альфред умирает, – возразил Кнут.
– Но его амбиции будут жить, – парировал Рагнар. – Уэссекс знает, что лучшая оборона – это нападение, и Уэссекс мечтает отодвинуть свою границу так, чтобы она коснулась земель скоттов.
– Хотел бы я, чтобы ублюдки завоевали скоттов, – мрачно перебил кто-то.
– Если мы ничего не сделаем, – объявил Рагнар, – тогда однажды Нортумбрией будет править Уэссекс.
Начался спор о реальной силе Уэссекса. Я хранил молчание, хотя знал больше любого из них. Я позволил им рассуждать, самостоятельно нащупывая путь к правильным выводам. И под руководством Рагнара они наконец поняли, что Уэссекс – это страна, которая существует для войны. Ее защищали бурги с гарнизонами из фирда, но средством нападения служило растущее число отрядов гвардейцев разных лордов, которые могли собраться под знаменем короля.
Датчане в битве один на один страшнее, но они никогда не были организованы так, как Альфред организовал Уэссекс. Каждый датский ярл защищал свою землю и лишь нехотя следовал приказам другого ярла. Их можно было объединить, как это сделал Харальд, – но при первом же провале команды рассыплются в поисках более легкой добычи.
– Итак, – с сомнением проговорил Зигурд, – нам придется захватить бурги?
– Харальд захватил один, – заметил Рагнар.
– Я слыхал, он был недостроен, – пробормотал Зигурд, взглянув на меня в поисках подтверждения.
Я кивнул.
– Если нам нужен Уэссекс, – проговорил Рагнар, – мы должны захватить бурги.
Он изобразил уверенную улыбку:
– Мы поплывем на южное побережье Уэссекса, собрав огромный флот. Возьмем Эксанкестер, а потом двинемся маршем на Винтанкестер. Альфред будет ожидать атаки с севера, поэтому нападем на него с юга!
– И его корабли увидят наш флот, – напомнил Кнут, – и его воины будут нас ждать.
– Его воины, – вмешался новый голос из дальнего конца зала, – будут сражаться против моих команд. Поэтому вы будете сражаться только с фирдом Альфреда.
Говоривший встал в проеме открытых дверей; солнце было таким ярким, что мы не могли как следует его рассмотреть.
– Я нападу на Мерсию, – громко и уверенно проговорил этот человек. – Силы Альфреда двинутся, чтобы ее защитить. А когда его войска уйдут, Уэссекс будет спелым плодом, готовым, чтобы его сорвали.
Человек сделал несколько шагов вперед, за ним следовала дюжина воинов.
– Мои приветствия, ярл Рагнар! И всех вас, – он широко обвел рукой собравшихся в зале, – тоже приветствую!
То был Хэстен. Его не пригласили на совет, однако вот он – улыбающийся и сверкающий золотыми цепями.